Чёрный лис. Том 3

- Ну хорошо, - Бестужев вновь начал закрывать дверь. - Но это - в последний раз. Вы, знаете ли, влетаете мне в копеечку.

- Не переживайте. Наверняка вы запросили у моего отца столько нулей, что они не влезут в одну строчку.

Бестужев молча захлопнул дверь. Я слышал, как он сунул ключ в скважину и два раза повернул.

Предусмотрительно. Электронную сигнализацию можно взломать. А вот с обычным механическим замком ещё нужно повозиться...

Послушав, как удаляются шаркающие шаги, я терпеливо лежал под фургоном ещё минут десять - вдруг Бестужев что-то забыл и ему приспичит вернуться?

Потом услышал тихий глухой стук в пол.

Он был еле слышен, но совершенно отчётлив.

Любава звала меня к себе...

Я выбрался из-под фургона и первым делом потянулся. Только сейчас, начав двигаться, я ощутил, насколько был напряжен. Спину свело, по икрам пробегали судороги. В шее, под основанием черепа, что-то явственно щёлкало.

Но времени было в обрез: наскоро размявшись, я принялся исследовать замок. Его поставили совсем недавно - на белой краске виднелись следы тонкого сварного шва.

Нет, Бестужев точно подготовил всё заранее. Его целью была именно она, царская дочка. Всё остальное - фикция. Он вовсе не собирался устраивать переворот в Москве. Слишком велика махина - и он это прекрасно понимал.

Я достал из кармана "набор взломщика". После того, как при спасении Фудзи из лап Разумовского Любава продемонстрировала гораздо лучшую подготовку, я поклялся себе больше не попадать впросак. И подготовился - с помощью Коляна, разумеется.

Который с лёгкостью, говорящей о богатом опыте, помог достать всё, что было необходимо.

Достав из бархатного мешочка "умный" щуп, я запустил его в отверстие замка и принялся ждать.

Давно миновали времена, когда нужно было не только носить с собой набор отмычек, но ещё и постоянно тренироваться, совершенствовать мастерство в их использовании...

Я не знаю, из чего был сделан этот щуп. Но Колян объяснил, что он - что-то вроде электронного червяка.

Проникая в отверстие, он запоминает его форму, затем твердеет и поворачивает механизм... Стоила такая игрушка баснословно, но и с деньгами достать её было не так-то просто.

Наконец замок щелкнул и я отодвинул дверь. Внутри было темно, и не слишком хорошо пахло. Воздух был спёртым и душным, словно его хорошенько прожарили в печке, а потом слегка остудили.

- Любава? - позвал я очень тихо.

- Здесь, в глубине, - в голосе звучало едва сдерживаемое нетерпение.