Чёрный лис. Том 3

- И я приказал разместить в самых разных местах небольшие, но ёмкие подарочки. В супермаркете. В аптеке. В той прелестной овощной лавочке, где я покупал вам, мадемуазель, витамины... И конечно же, в других стратегических точках. Та водокачка, рядом с которой вы так трогательно встречались с своим осведомителем. Несколько бензозаправок, городской боулинг, парк развлечений... Как только я отправлю сообщение, они взорвут бомбы.

- Вы просто психованый ублюдок, граф, - сквозь зубы прошипела Любава.

- Очень предусмотрительный ублюдок, - ощерился тот одной половиной лица.

- И если вы не будете слушаться, я сделаю это. Первая бомба взорвётся на автозаправке. Затем - в симпатичной кафешке, что вы проезжали. Мне продолжать?

- Чего вы хотите? - спросил я.

- Убирайтесь. Оставьте девушку и уходите. Тогда Орехов не пострадает.

- Гарантии, - буркнул Колян, появляясь сбоку от Бестужева. Он так и не опустил пистолет, и держал его направленным магистру в голову.

- Никаких, - высокомерно бросил граф.

- Взрывчатки, которой я нафаршировал это мещанское гнездо, хватит на то, чтобы разнести всё в пыль. И если вы сейчас же не уберётесь - я нажму кнопку обязательно. А потом скроюсь, пока вы будете метаться по пожарищу, в надежде спасти хоть кого-нибудь.

- Прежде я прострелю тебе башку, - сказал Колян.

- Не выйдет, - граф щелкнул пальцами и вокруг него замерцала плёнка мыльного пузыря. - Теперь я абсолютно неуязвим, - злорадно проскрежетал он. Ни пули, ни другое оружие мне не страшны.

А вот вы, двое, в полной моей власти! - он потряс телефоном. - Решайте быстрее. А то моим людям станет скучно, и они захотят повеселиться.

И тут случилось неожиданное.

Любава наклонилась ко мне всем телом. Подняла скованные руки и пропустив мою голову между ними, положила локти на плечи. А потом прижалась ко мне губами...

Поцелуй был долгим, горячим. Таким, как я представлял его в мечтах. Я закрыл глаза. Но испугавшись, что она сочтёт такое поведение слишком робким, вновь открыл.

И увидел близко-близко синие, с желтыми крапинками радужки. Мелькнули длинные светлые ресницы...

А потом она меня оттолкнула.

- Идите, - тон был приказным, не терпящим возражений. - Уходите отсюда.

- Но...

- Дядя Коля! Вы меня слышите? Заберите его. Не надо делать глупостей.

Я выбрался из фургона и встал рядом с Коляном. Силовой пузырь вокруг графа мерцал и переливался, как бензиновая плёнка на поверхности лужи.

- Считаю до десяти, - сказал Бестужев.