Во все Имперские ТОМ 11 Непобедимое Солнце

Даже если вы, Михаил и Нагибин с его восемьдесят восьмым рангом все вызовите меня на дуэль. Я не проголосую. Умру, но не приму бесчестного решения.

Меченосцев мне нравился все больше.

Я отлично понимал, что дело тут не в чести, даже не в том, что мы с Михаилом мудаки, хотя мы и безусловно были мудаками. Просто Меченосцеву нравилось ходить по краю, он потому и был единственным в России Старшим, который лично приехал помахаться на турнире.

— Итого. Двенадцать за Михаила, двенадцать за Нагибина, — процедил Полётов, — Его Светлость князь Меченосцев изволил воздержаться.

Ну что же... Регламент позволяет мне переголосовать. Прецеденты на Московском Земском Соборе были. Нагибин, вы даете слово магократа, что назначите меня пожизненным канцлером в случае, если займете престол?

— Разумеется, — кивнул я, — Даю слово магократа. При всех.

— В таком случае я переголосую, дамы и господа... За Рюриковичей!

Полётов вяло вскинул руку, исполнив нечто вроде римского салюта.

— Итого, тринадцать за Нагибина, одиннадцать за Михаила, — подытожил Полётов.

— Ваше Высочество, одумайтесь! — ахнул Кабаневич.

— Не усложняйте, герцог, — пожал плечами Полётов, — Меня устраивает князь Нагибин. Решение принято. Разве что есть еще желающие переголосовать...

Кабаневич метнулся к Буранову:

— Князь, умоляю вас...

— Нет, герцог, — Буранов мотнул головой, — Я за Нагибина. Я не верю в Крокодилов, простите. А что касается преступного прошлого Нагибина, про которое вы рассказали... Знаете, я в Китае такого насмотрелся, что ко многим вещам отношусь проще.

Извините. Я вас уважаю, вы знаете.

Но Кабаневичу сейчас было плевать на уважение Буранова, он уже бежал к Меченосцеву.

Однако Меченосцев смерил герцога таким взглядом, что Кабаневич сразу же осознал — тут ловить нечего.

Тогда герцог бросился к княжне Пожарской:

— Милая девочка, послушайте...

— Не хочеть слушать, — заявила Пожарская на своем ломаном русском, — Ты меня ругать, герцог. Забыл? Нагибин силен. Михаил слаб. Чего тут выбирать?

Герцог Кабаневич понял, что он проиграл, он обводил наш Земский Собор безумными и налитыми кровью глазами, как раненый зверь, загнанный в ловушку.

Михаил тем временем поднялся со скамьи, отвесил поклон, один единственный всем сразу и начал спускаться с холма...

Полётов взял в руки корону Рюрика:

— Свершилось. В России новый законный Император. Спустя четыреста лет династия Рюриковичей восстановлена на престоле.

Я подошел к Полётову, встал на колени.