Во все Имперские ТОМ 11 Непобедимое Солнце

Я вообще не понимал в чем дело, какого хрена вообще происходит... И зачем я только тратил время и силы на обработку этих ублюдков?

Михаил изволил одарить меня улыбкой, он будто прочитал мои мысли, возможно потому что они сейчас отразились на моем челе, потом Буланов громко произнес:

— Всё просто, Нагибин. Они вас не знают. А меня знают, уже давно. Вы так и не поняли главную суть магократии. Неважно, кто ты. Важно, с кем ты знаком, и как давно. Маги мудры. Они знают, чего от меня ждать. А чего ждать от вас — нет. И поэтому выбирают проверенное.

..

— Заткнитесь, — прервал этот поток поучений Полётов.

На Михаила он даже не смотрел, но руку за него все равно поднял.

Одиннадцать.

Но один хрен меньше чем у меня...

Я уставился на Велесова, как и в прошлый раз, когда голосовали на меня.

— Простите, — выдохнул толстяк, — Но Михаил прав. Его мы знаем. Так что если он еще раз захочет нас надуть — сможем это предотвратить. А вот вы темная лошадка, князь. Да и к тому же Рюрикович... Рюрикович в двадцать первом веке! Дичь какая.

..

И Велесов поднял руку за Михаила.

Всё.

Двенадцать.

Я с упавшим сердцем ждал, когда поднимется еще одна последняя рука, но она так и не поднялась.

— Меченосцев, вы уснули, Ваша Светлость? — осведомился Полётов, — Поднимите руку и покончим с этим.

— Я не могу поднять руку, — спокойно отчеканил Меченосцев, — Ни один из претендентов не достоин русского престола. Они мне оба не нравятся.

— Поднимите руку, князь, — чуть ли не зарычал Полётов, — За Михаила, за Нагибина, хоть за Дрочилу Рукоблудова, плевать! Нам нужно выбрать сейчас же, иначе мы всем окончим этот день на виселицах!

— Это меня не волнует, Ваше Высочество, — Меченосцев отвесил Полётову вежливый поклон, — Волноваться следует лишь о чести и уважении, но никак не о жизни.

А я не могу принять на себя ответственность вручить корону Михаилу. Он трус и обманщик. А его соперник — и того хуже. Я сначала хотел за него проголосовать, но передумал, когда Нагибин привел сюда своих друзей. Нагибину следует стать Императором подворотни Немецкого квартала, а не России, вот что.

Я нервно и шумно расхохотался:

— Это отлично сказано, князь!

Меченосцев в ответ отвесил очередной поклон, на этот раз мне.

Ну понятно. Благородный носик ублюдка был оскорблен запахами Чумновского, уши — фамилией барона Рукоблудова, а взор — покрытым мухами графом Мухожуковым.

— Меченосцев, вы проголосуете? — с напором и чуть ли уже не с угрозой произнес Полётов.

— Нет, Ваше Высочество. Я не проголосую.