Решала

Витёк никогда не подводил. Все махинации, которые мы с ним проворачивали, имели положительный итог и хорошую финансовую поддержку. Однажды, мы ухитрились вытащить тачку с отдела, который даже был не в моем городе. А тачка эта числилась, вообще-то, "вещдоком".

Поэтому, когда разговор зашёл о делах, я особо уже не напрягался. А зря…

Оказалось, просьба была, по убеждению самого Александра Моисеевича, пустяковая. Всего лишь изъять дело то ли племянника, то ли свата, то ли брата... Всего лишь! Я первые две минуты смеялся.

Потом выпил еще одну рюмку коньяка и задумался.

Условно говоря, возможно даже такое провернуть. Не изъять, конечно. Это, в конце концов, не страничку из дневника вырвать. Можно развалить материал и вхерачить отказной. Прокурор, конечно, отправит на допроверку…Но там подстрахует Витёк. В любом случае, если не будет доказательств, потихоньку реально можно все спустить в выгребную яму… Но прежде чем подписаться, мне необходимо было понять, что именно за дело мы обсуждаем. Однако Берг водил вилами по воде и конкретики не давал.

А я ни черта в данный момент не мог вспомнить. По крайней мере фамилия мне не говорила ни о чем.

И тут позвонил сам Витёк. Не иначе, как решило вмешаться проведение, которое было не на моей стороне.

— Ну чё там, встретились с нашим другом? – Бодро поинтересовался он. По телефону мы всех "клиентов" называли друзьями.

— Угу. Сидим, кофе пьем, беседуем, – я посмотрел на Берга, который всем своим видом демонстрировал радушие и стремление к сотрудничеству.

Ещё час общения и он, походу, предложит брататься на крови. Такой уж у него был преданный взгляд.

— Макс, помоги ему. Сделай, что он хочет. Ты знаешь, я на херню не подпишу. Все ро́вно. При встрече объясню подробно. Время поджимает. Смотри, только, меня дернули в командировку. Уеду дней на четыре-пять. По возвращению тогда – встреча. Обсудим последнюю игру. Мне кажется, счет там будет отличный. Не парься.

Еще одна фишка. Помимо "друзей" по телефону мы обсуждали футбольные матчи, которые, на самом деле, обозначали цену вопроса или какие-то детали.

Пока Витёк сыпал словами, Александр Моисеевич открыл свой телефон, набрал на нем цифры и подсунул мне под нос. Шесть нулей? Серьезно?

— Витя, ты уверен? — Я перебил словесный поток товарища, искренне недоумевая от обозначенной суммы. Буквально десять минут назад Александр Моисеевич уверял меня –дело плевое.

— Конечно, Макс. Когда я тебя подводил?

Сука... Это был тот самый момент, когда подвели все.