Решала

— Как о редкостном мудаке? – Я усмехнулся, – Не мучайтесь, скажу за Вас.

— Ну, да,— она смущённо улыбнулась и поправила волосы.

Сука. В паху заныло ещё сильнее. Капитан Марвел давал о себе знать все настойчивее. Он явно не понимал, почему мы всё ещё сидим в этом идиотским кресле, а не находимся в столь привлекательной для нас особе.

— Однако, при этом уточнил, что решить его проблему смогли только Вы. Сказал, если нужно, Вы спуститесь в ад.

— Тронут. Еле сдерживаю слезы. И все же. Давайте ближе к делу. Что у Вас? – Я наклонил голову к плечу, всем своим видом демонстрируя интерес.

— Видите ли,— Моника, наконец, решила присесть за стол, чем значительно упростила мою задачу по сдерживанию своего разыгравшегося либидо.

Правда, теперь блузка, верхние пуговицы которой были расстёгнуты, чуть больше разошлась в стороны, обнажая очень привлекательную часть груди. Что там, интересно ... Мммм... Похоже, твердый третий. Неплохо.

— Я расскажу Вам сейчас все подробно, без утайки. Ситуацию, как она есть. — продолжила госпожа Берг.

— Ну, наконец-то. Я уже начал беспокоиться, что состарюсь и умру в Вашем шикарном кабинете. В принципе, вполне приличная смерть, но я видел ее немного иначе. Как минимум, в момент оргазма. Вряд-ли сиюминутная ситуация похожа на нечто подобное.

— Вы бываете на самом деле невыносимы,— Моника снова улыбнулась.

Твою ж мать. Как бы ей намекнуть, чтоб она перестала привлекать мое внимание к своим губам. Этой женщине нужно говорить строго и сдержанно. И то, не уверен, что это как-то изменит ситуацию.

— Так вот, Максим. Могу я Вас так называть?

Я хотел ответить ей, что она может называть меня, как угодно. Особенно, если в этот момент мы будем заняты чем-то другим, а никак не разговорами. Но лишь кивнул в ответ.

— У меня есть дядя. Родной брат отца. Два дня назад он погиб. Очень странно погиб. Ночью встал попить воды, как утверждает его жена. Пошел в кухню, которая находится на первом этаже дома. Не было его около часа. Может, чуть больше. Потом, судя по ситуации, он начал подниматься по лестнице и упал.

— Дяде, я так понимаю, далеко за сорок?

— Да. Но какое это имеет значение? – Моника положила одну руку на стол и нервно постукивала ноготками.

— Жена?

— Что жена? – Ее тонкие пальцы замерли на мгновение.

— Жене сколько?

— Двадцать восемь. Если Вы намекаете на предумышленное убийство с ее стороны, то, уверяю, нет. Девочка была бедна, как церковная мышь, когда он встретил ее.