За открытой дверью

И как я отплатил? Сохранил жизнь и свободу, лишил языка? Смешно, смешно и так унизительно. Прости, Мира. Я должен помочь тебе. Но если сейчас сделаю ошибку, то могу распрощаться с билетом в счастливую жизнь, к которой стремился. Стоит ли это какого-то языка? Может ну его, сама справится, не стоит искушать судьбу…

Черт, что вообще несу, что со мной?! Нет, Мира правда сильно помогла, лишь благодаря ей я все еще жив, она нашла меня у реки. Я не могу строить свое счастье на ее костях… ее языке. Пропади все пропадом, но я должен спасти ее!

Глава 7.

Театр

— Стойте! — удивленные лица сгустились на моей персоне. Видно принц Томир так бы не поступил.

Нужно что-то придумать. Сказать то, что не будет противоречить и Томиру, и мне. Проблема в том, что я не знаю ни принца, ни принцессы, ни правил этого мира. Может Мира пойдет к доктору и он примет на себя отрезанный язык? Но если это сделано, чтобы она молчала о произошедшем, значит так нельзя. Итак, как можно еще заставить молчать человека? Можно лишить контакта с людьми, то есть лишить свободы.

Как меньшее из зол подходит, но с натяжкой. Тем более принцесса уже даровала ей свободу — неизвестно, как она отреагирует, если пойду поперек слова. Заставить молчать можно под угрозой, но я не хочу угрожать Мире, хотя это уже делал… Угроза смертью Грумерта как вариант. Но не думаю, что принцесса согласится отпустить ее под честное слово. Нужно не запугать, а лишить именно возможности говорить. Но без увечий. Так что же придумать? Может есть особенности этого мира, которые могут помочь… Точно!

— Дорогая…

— Ах, Томи, зови меня по имени.

Черт, я не знаю ее имя, оно ни разу не звучало в разговоре.

— Разве ты не дашь мне шанса новый и новый раз подчеркнуть, что ты мое сокровище, дорогая? — прижал к себе, поцелуй в лоб, — Ты самое ценное, самое дорогое, что у меня есть. И наша разлука, и спасение из этой темницы лишь еще раз это подтверждает. Все благодаря тебе, моя самая дорогая, самое ценное, что у меня есть, — держу ее голову двумя руками, взгляд в глаза, касание носом.

Ох, она еще раз меня поцеловала! Это так круто! Но не время отвлекаться, я немного отстранил ее.

— Хорошо, Томи, зови меня как желаешь, я тоже буду называть тебя «дорогой».

— Да, дорогая, — погладил ее по щеке, вытер слезы. Она мило хихикнула.

Я перебросил взгляд на Миру. Она смотрит на нас выпученными глазами, а ее язык до сих пор касается ножа. Не хорошо.