Крылья Агнессы (книга 2)

Так что скоро до тоннеля докопаем под видом устройства фундамента. А то угольные запасы кончаются уже. Через воду таскать – дело неблагодарное.

– Всё у тебя схвачено, – хвалю его с набитым ртом.

– Это мой караул, Андрюш, несу службу вот уже девять лет, – ответил и посмеялся себе под нос.

Собрались, поплыли, как воры. Теперь страшно вдвойне, с высокого берега любой нас увидеть сможет, если захочет. Но обошлось. Скинул вещи, оставив сумку с документами в лодке, занырнул.

Когда вышел в пещере и врубил свет, на душе спокойнее стало.

Сейчас это моё пристанище. На турниках одеяла сушатся. Ну дед, затащил–таки.

Фёдор снаружи страхует, за документами смотрит. А я разжигаю жаровню, чтобы быстрее обсохнуть.

Недавно дед показал мне, как эрений из сердец оргалидов варить. Ничего сложного, главное за степенью жара следить.

Жалко его. Иногда смотрит так, будто прощается. Всё мне рассказывает, будто боится помереть, чего–то не передав.

Убедившись, что одеяла уже сухие, укладываюсь спать.

Чтобы ещё до рассвета отправиться в путь за сердцами своих врагов.

Хоккайдо ждёт. А вот оргалиды вряд ли.

Будет им сюрпризом.

Глава 5. Рейд на Хоккайдо

Поместье Сабурова. Медвежья пещера.

20 июля 1905 года по старому календарю. Четверг.

3:50 по местному времени.

Фёдор будит, как условились. Но вскакиваю я с острым чувством тревоги.

– Документы спрятал?

– Да, всё в сарай отнёс в подвал под брезент несгораемый, – отвечает и два котелка суёт.

– Каша здесь, а тут чай. Позавтракай, Андрюш.

Оказывается, в пещере и жить можно. В одной из ниш, с решёткой в полу, труба выведена с пресной водой, которая бежит, если вентиль открутить. И помыться, и попить – пожалуйста. А скоро и продукты через сухой тоннель таскать можно будет.

Не жизнь, а сказка.

Взбодрившись холодной речной водицей, одеваю высохшие вещи. Собравшись с духом, подхожу к Медведю, который торжественным блеском приветствует меня. Надеваю кольцо и касаюсь знака под щитом кабины.

Мехар реагирует на магию мгновенно, и броня, раскрывается, словно лепестки цветка, приглашая в рубку управления.

– Медведь слушается тебя всё лучше, – комментирует Фёдор, стоящий позади.

– Агни вызывала своего меха мысленно, и он к ней бежал. А я… жалкий дилетант.

– С пятью частицами в кольце такое не мудрено, – усмехнулся старый плут, из которого иной раз правды не вытянешь.

Вот и сейчас он удивляет познаниями.