Кротовский, сколько можно?

– Так, а почему мне этого еще в храме другие боги не посоветовали? Они вроде в этом заинтересованы.

– Боги жадные. Любой храм приносит им очки веры.

– Ну, блин, нормально. Ты хочешь, чтоб меня возненавидели все боги пантеона?

– Ой, да ладно, – Крот отмахнулся и сморщился, – Я не предлагаю уничтожать храм. Просто заблокируешь на неопределенное время.

– Ну хорошо, что я должен сделать?

– Тебе понадобится черный макр. Не обязательно очень крупный. Положи его на алтарь и провозгласи временный нейтралитет храма.

– Понял. Сделаю...

На этот раз Крот не стал сдерживаться, щелкнул пальцами, как кастаньетами. Громко так, гад, щелкнул. Меня из его норы будто ветром сдуло. Шутник, блин... добрался до спальни и перед тем, как упасть лицом на подушку, отключил звук на мобиле. До утра потерпят.

Как ни странно, за ночь ничего страшного не случилось. Мне дали спокойно проснуться, спокойно умыться и даже спокойно позавтракать без нервотрепки. Зато после завтрака Анюта пришла в кабинет с финансовым отчетом.

Не представлял, что на подготовку к войне требуется такая прорва денег. А ведь война еще не началась.

– Сережка, даже с учетом того, что патроны мы изготавливаем на своем производстве, закупка всего необходимого съедает слишком много средств. Мы так разоримся. Что делать?

– А что тут поделаешь... останавливать производство нельзя. И Тульские карабины надо еще докупать. Их нужны не сотни, а тысячи.

– Да где мы столько денег возьмем? – Анюта выудила из папочки листок с расчетами, – Наши расходы существенно превышают доходы.

Пришлось запустить руку в резервы, но резервы тоже не бесконечные.

– Понятно, что не бесконечные... идеи есть?

– Можно попробовать занять у купечества. Поговори с Милой. Она как раз в приемной дожидается. Ждет согласования по речному казино.

- Зови Милу, – вздыхаю, – Но что-то я сильно сомневаюсь, что Мила даст денег на войну.

Когда появляется Мила, ее рыжая грива сразу становится центром внимания и чуть не центром мироздания.

.. как ночной костер в степи во время привала. Волей-неволей все взгляды сосредотачиваются на источнике тепла и света.

Анюте пришлось двигаться вместе со стулом. Мне пришлось выходить из-за стола, чтобы встретить, чмокнуть в подставленную щечку, усадить, предложить чай, кофе...

– Кротовский, – заговорила Мила, устроившись, – Долго ты собираешься меня мурыжить бюрократическими проволочками?

– Мила, помилуй. Даже в мыслях не было.