Волков. Гимназия №6

Конечно, я мог бы слазить в портфель за карандашом или использовать хоть ту же пыль с оконной рамы – эффект куда больше зависит не от материала, а от самого контура.

И, конечно же – от заклинателя.

Стоило мне закончить рисовать и сжать билет в кулаке, как трамвай дернулся и вдруг остановился как вкопанный. Я кое-как успел ухватиться за поручень, а вот остальным пассажирам повезло меньше. Те, кто сидел, синхронно качнулись вперед, а остальные с криками посыпались друг на друга. Кто-то, похоже, даже свалился на пол, и на меня сбоку обрушился солидный господин в шляпе.

– Вот же ж… – выдохнул он мне чуть ли не прямо в ухо. – Что за остолоп в кабине?

– Не извольте беспокоиться, сударь. – Кондуктор оттеснил кого-то плечом, прокладывая путь к выходу. – Сейчас же разберемся, непременно.

Кто-то из пассажиров поспешил выбраться наружу – видимо, чтобы своими глазами увидеть, что помешало трамваю ехать дальше. Я предпочел не дергаться: стоял и ждал, пока кондуктор снова не подал голос:

– Рельсы разошлись! – прокричал он откуда-то спереди.

– Как всегда… Хоть бы деньги вернули, – буркнул господин в шляпе.

И буквально понес меня к выходу, подталкивая изрядным пузом. Я не сопротивлялся, и через несколько мгновений исходящий из трамвая людской поток выбрался на асфальт – и оттуда на тротуар. Я едва смог увернуться от стремительно приближавшейся лужи у поребрика – ботинок пришлось ставить чуть ли не прямо в мутную жижу.

И там, внизу, под слоем воды и уличной грязи, что-то едва заметно блеснуло. Повинуясь внезапному наитию, я пропустил вперед господина в шляпе, наклонился – и поднял монету.

Золотой империал. Десять рублей с чеканным профилем государя Александра. Почти половина оклада дворника или городового из низших чинов – вроде моего нового знакомца Степана Васильевича. Я выпрямился и замер, сжимая драгоценную находку в кулаке. Но не из страха, что кто-то признает ее своей и потребует отдать – нет, совсем не поэтому.

Руна сработала – и еще как. Не изящным стечением обстоятельств и капелькой удачи, а грубо, топорно. Магия перекраивала бытие под мои нужды широкими стежками: остановила трамвай, чуть ли не силой забросила меня в лужу – и подложила под ногу монету. Любого другого подобное, конечно же, только бы обрадовало, но я слишком хорошо знал, какие у такой удачи могут быть последствия.

Вселенную не обманешь.