Волков. Гимназия №6

Хоть и мог рассказать про легендарного богатыря то, чего не встречалось даже в самых редких и забытых преданиях. Но в одном Никита Михайлович все-таки не ошибся: Святогор – которого при жизни на самом деле никогда так не называли – роста действительно был самого обычного.

Даже чуть пониже меня.

– Впрочем, что-то мы ушли слишком далеко от темы… И у нас уже почти не осталось времени вернуться обратно. – Никита Михайлович жестом фокусника выдернул из кармана за цепочку блестящий хронометр. – Пожалуй, нет большого смысла задерживать вас еще на целых десять минут, судари – да еще и в такой чудесный денек… Как вы смотрите на то, чтобы немного прогуляться на улице и заглянуть в…

Последнюю часть фразы я не разобрал – она потонула в громких овациях.

Глава 10

После короткой прогулки вокруг площади день до обеда пролетел как-то незаметно – хоть за это время я успел присмотреться и к однокашникам, и к учителям, и даже к собственным познаниям. И выводы в целом оказались какие-то… тусклые.

Ни приятелей, ни активно пышущих злобой недругов у Володи Волкова, похоже, не было. Во всякому случае, в его седьмом классе, почти самом старшем. Как раз перед выпускным – меня окружали в основном пацаны лет пятнадцати-семнадцати, среди которых попадались и здоровые усатые лбы – видимо, второгодники. А поступали в гимназию здесь, как и в моем мире до революции – где-то в десять.

Оценки в дневнике выглядели средне – ни хорошо, ни то, чтобы совсем уж плохо. Порадовали только собственные познания – на математике и физике их хватало даже с избытком, да и латынь, как выяснилось, я еще более-менее помнил – хоть в две тысячи двадцать восьмом она уже давно стала уделом ученых-естествоиспытателей, врачей, филологов и лишь самых яростных почитателей античной культуры.

И я уже успел подумать, что сегодняшний день закончится без приключений, но стоило мне переступить порог столовой – как они не заставили себя ждать.

Один из вчерашних горе-воителей – тот самый толстяк, который пытался огреть меня портфелем – вынырнул из разномастной толпы гимназистов.

Так резво, что мы едва не столкнулись лбами. И тут же ретировался – вытаращился, открыл рот, развернулся на каблуках ботинок – и помчался в другой конец зала – к крайнему ряду столов и деревянных лавок. То ли рванул за подкреплением, то ли испугался, что я снова ему врежу, то ли…

Нет, похоже, все-таки за подкреплением – его друзья как раз рассаживались с подносами у дальней стены.