Высокородный палач

А остальные вовсе легли животами на стол, хватая воздух ртами.

Только прислуге было совсем не до смеха. Одного моего слова хватило, чтобы все зверушки разбежались, опасливо вжимаясь в стены. А бурный хохот еще больше напугал милых созданий. Хорошо, что продолжалось это недолго.

- Псина, принеси герцогу снадобье! – Сквозь смех выкрикнул принц, маша рукой в воздухе. – Да, дружище, вот это мы вчера повеселились. Сам не помню, что было после полуночи.

- Карета превратилась в тыкву, а кучеры в крыс. – На автомате брякнул я, вызвав новый приступ гогота за столом.

- Точно, а кошатины за ними гонялись! – Уже едва не плача, поддакнул мне другой парниша с длинным шрамом на щеке.

- Точно-точно! – Молотил кулаками по столу другой человек с идеально гладко выбритой головой.

- Прошу Вас. – Рядом со мной оказалась миловидная девушка с собачьими ушками. Причем ушки эти были настолько большими, что свисали вместе с волосами до самых плеч.

Служанка с поклоном поставила на стол внушительных размеров кружку и быстро вернулась обратно к стене.

Глаза с подозрением уставились на зеленоватую муть, больше походящую на болотную воду. Да, и еще она булькала, источая приторно-сладковатый запах, от которого становилось только хуже.

- Выпей, может полегчает. – Еще раз усмехнулся принц, поднимая хрустальный бокал, в котором плескалась совсем не эта зеленая дрянь. – Ну, за здоровье!

- За здоровье!!! – Поддержали другие парни, поднимая такие же бокалы, как у хозяина поместья.

Мне же только и оставалось, что приложиться к этой жуткой дряни.

Да и то только потому, что страшно хотелось пить. Графин воды провалился, как в сухую землю, а организм сказал, что это была только первая доза.

Дрянью болотная жижа оказалась только на вид. Вкус у целебного пойла был даже не неприятный, а по-настоящему прекрасный. Что-то среднее между яблочным соком и газировкой «Тархун». Да и сахара в снадобье совсем немало. Вот и получился кисло-сладкий коктейль, от которого ломота в теле мгновенно ушла.

Мышцы расслабились, позволяя сесть поудобнее, а в голове замелькали вчерашние образы. Вот только была одна загвоздка. Образы накладывались один на другой, словно два человека одновременно пытались передать память третьему.

От подобного калейдоскопа видений голова снова разболелась. Да так, что я рухнул на стол, закрываясь от воспоминаний обеими руками. Все звуки снова стихли и не появлялись, пока не смог более-менее прийти в себя.