Высокородный палач

От чего-то казалось, что болванки еще могут пригодиться, пусть и использовать повторно не получится. Странно, что у столь знатного человека, как герцог, не было с собой достаточного количества боеприпасов. Особенно с такой любовью пострелять. Ну да и ладно.

На всякий случай задвинул барабан обратно. Хотелось посмотреть, как себя поведет это чудо-оружие в моей руке. Палец привычно лег на курок, отчего появилась надежда, что тело и без моих усилий помнит, как обращаться с любимой игрушкой. Несильное нажатие на спусковой крючок, и курок отклонился назад, чтобы со щелчком вернуться обратно, имитируя выстрел.

Барабан ожидаемо провернулся, напоминая, что данный пистолет изначально создавался для быстрой стрельбы. Только точность оставалась весьма низкой. Около пятидесяти метров, если не меньше, да и то, если взвести курок заранее.

Вновь откинув барабан, зарядил оставшиеся патроны. Но не стал вставлять их подряд, сделав промежуток. Остаться совсем без оружия не хотелось, а последняя пуля… Нет, для себя оставлять ее точно не буду.

Не было во мне ни грамма высокородной гордости, не позволявшей знатным воинам сдаваться на милость врага. Да и толку с этой чести, если ты уже будешь на том свете.

- Герцог, Вы слишком серьезно относитесь к обычной прогулке. – Продолжил усмехаться принц, словно свысока смотря на своего давнего друга.

- Нужно быть всегда наготове. – На автомате ответило тело, совсем не интересуясь мыслями своего нынешнего хозяина.

- Да бросьте, что может случиться во дворце? – В очередной раз хмыкнул граф Калид.

- Вчера Вы так же рассуждали. – Вполне резонно заметил барон Аспектабль. – А потом пришлось избавляться от тела очередного наглеца.

- Второй раз такого не случится. – Фыркнул уродец со шрамом.

- Мы всегда будем в центре внимания. – Продолжил рассуждать Калид. – Никогда нельзя расслабляться. И если герцог считает, что его предосторожность не лишняя, то я склонен с ним согласиться.

Мы расположились в большой круглой беседке, выстроенной из белого кирпича.

Снаружи строение густо обвил плющ, почти скрывая белизну камня. Зато изнутри оставалась всё такая же прекрасная, как и много лет назад, когда Маарис впервые оказался в загородной резиденции.

Солнце уже скрылось за высокими деревьями огромного леса, раскинувшегося вокруг дворца, уступив место громадной луне. Ночное светило низко нависло над крышей, красуясь идеально круглой формой, еще и налитой весьма тревожным красным цветом.