Маразматичный старик хотел отдохнуть

А вот главарь был зол и разорался то ли на меня, то ли на подопечных. Я правда все прослушал, пока смеялся. Он махал руками, указывая на меня, и его подручные побежали ко мне с угрожающими криками. Похоже, велел меня прибить. Вон как резво бегут.

Ждём… Рано… Ждём… Попались!

Ударяю по палке, что держала мусор, и эта вонючая и тяжёлая масса падает на пятерых. Гниль и грязь обрушились на них, покрывая их с головы до ног. Они погребены и возможно оглушены. Пять-ноль в мою пользу. Ну а теперь Хромой.

Мне не доставляет удовольствие издеваться над инвалидом, хоть и временным, но этот заслужил.

Я рванул к нему, а он попытался убежать. С его мобильностью это было глупо, и он быстро понял это. Резко затормозив, он попытался ударить меня костылём. Я присел, пропуская выпад над собой, и тут же пнул его здоровую ногу. Крик и он падает. Подскакиваю к нему и наношу пару ударов в печень, один по яйцам. Задачи вырубить его не было, лишь вывести из строя.

Его друзья начали выбираться из кучи мусора, но я уже был тут.

Снова поработал по печени и яйцам пятерых. Достал заготовленную проволоку и связал им руки, пока они корчились от боли.

Встаю, отряхиваю руки и смотрю на успешно выполненную операцию. Мой взгляд цепляется за странность вдали. Это Настя Калинина стоит и смотрит на меня.

- Эй, я тебе не мешал! - кричу я ей. Она кивает и скрывается из виду. Странная, но сильная.

Подхожу к Хромому. Сейчас у нас будет тяжёлый разговор.

Сажусь на корточки напротив Хромого. Молчу, пронзительно смотрю в глаза.

Надеюсь, что пронзительно. Мне ведь всего пять лет, может, моё пронзительно со стороны выглядит как выпучивание глаз.

Хромой, потный и запыхавшийся, смотрит на меня и не выдерживает, отводит взгляд. Его лицо перекошено от боли, дыхание прерывистое. Наконец он начинает говорить.

- Думаешь, победил? Думаешь, сильнее нас? Да ты не знаешь, с кем связался! За мной такие люди стоят. Так что молись, Старшие тебя на куски порвут и всё твоё семейство. Понял?!

Я продолжаю молчать, терпеливо жду, пока он выговорится.

Его глаза мечутся, видно, что он нервничает.

- Ну что ты глазёнки свои выпучил? - блин, надо над суровым взглядом поработать. - Испугался, да?! Правильно! А теперь развяжи моих парней и моли о пощаде. Так и быть, убивать тебя не буду. Лишь ногу сломаю.

Всё ещё молчу, позволяя ему излить свою злобу. Материться. С интересными вывертами, но его запал быстро пропадает.

- Ну чего ты молчишь? Что тебе надо от меня?

Вот, уже лучше. Подсекаем.