Маразматичный старик хотел отдохнуть

Резко развернулась и пошла дальше. А я следом.

Не знаю, кто это вырыл. А сомнений у меня не было. Эта территория рукотворна, и я имею в виду не сам город. Это, по прикидкам, были сорок километров в длину и ширину, и также десятки этажей в высоту. Сомневаюсь, что кто-то строил коллекторы такого размера под столицей.

Пока я размышлял, девушка повела меня дальше через технические помещения. Прогулка была недолгой, пока мы не упёрлись в стальную дверь. Что удивительно, по пути нам никто не встретился. Либо это была большая подстава, либо этим маршрутом мало кто пользовался.

Девушка постучала в дверь, и после небольшой паузы небольшое окошко в двери открылось.

- Че надо? - грубовато прозвучало из-за двери.

- Это Жанна, я привела мелкого к Старшим.

- С углем который? Хм, проходи.

Дверь открывают, а я чётко понимаю — подстава. Ну ладно, кто не рискует, тот не пьёт шампанского. Действуем по плану: маленький, но наглый. Нужно лишь увидеть того, кто тут за всё отвечает.

Дверь открылась, и снова технические коридоры.

Из примечательного лишь место охранника, что он себе тут обустроил. Около двери стоял старый деревянный стол, заваленный всевозможными вещами: пара пачек сигарет, грязная кружка с засохшим чаем, пустые бутылки и старые газеты. На стене за столом висела потрёпанная карта туннелей, вся в отметках и заметках. Охранник, мужчина средних лет с густой щетиной, лениво потягивался в старом кожаном кресле, словно это было его личное королевство.

Охраник остался позади, когда мы прошли. Дверь с лязгом закрылась за спиной.

Назад дороги нет.

Глава 5. Нужны люди

Не буду ходить вокруг да около. Яма оказалась настоящим колизеем. И даже не подобием, а прямо настоящим увеселительным объектом, не уступающим собственности Римской Империи. И сейчас мы шли, не много, не мало, в императорскую ложу. Кстати, тут уже появились люди. Много людей и звуков. Скоро должно начаться что-то, из-за чего так возбуждена толпа.

Когда мы поднялись на нужный ярус, нас остановили. Больше двадцати мужчин суровой наружности.

Пара из них была со следами побоев. Кажется, именно их Настя избила в переулке. Крепкие, быстро восстановились.

Жанну развернули и отправили куда подальше, а вот меня обыскали и запустили в ложу. Последние сто лет, точно не скажу, меня никто не обыскивал. Неприятное чувство, но вызывает улыбку. С ней я и представил перед Старшими. Точнее перед Самыми Старшими. С наименованием им бы поработать.

Они сидят, рассматривают меня, пока я смотрю вокруг.