Курьерская служба

Но я в ответ холодной кивнул и протянул руку для прощания.

— Рад знакомству, Корней Константинович. Буду ждать извещения. Меня проводят?

— Ишь какой! Луиза, проводи!

Пирсингованная кадровичка метнулась ко мне, на ходу доставая из кармана сигареты.

— Не куришь? — спросила она, тоже перейдя на “ты”.

— Нет.

— Молодец. А невеста есть?

— Скорее нет, чем да, — я ответил обтекаемо.

— Тоже хорошо! — в её глазах сверкнул озорной огонёк.

Она остановилась и неторопливо закурила. Я позвонил Сиду — он пообещал меня подобрать по дороге до дома.

— Как вы оцениваете мои шансы? — зачем-то спросил я, решив продолжить диалог.

Глаза Луизы Даниловны округлились от праведного гнева.

— Мы же перешли на “ты”! Тебе надо учиться этикету. Я могу и обидеться. Я тебе не старая дева. Шансы… Неплохие, я думаю. Сенсы нам нужны. Тем более такие молодые.

— У меня… как это называется, не раскрыт первый навык, — признался я.

Она мощно затянулась, а потом пустила дым чуть ли мне в лицо. Запах у табака был отвратительнейший.

— А у кого он в двадцать лет раскрыт? У четверти, наверное. Ну, как минимум — при пяти процентах сечения “нулевой” навык есть от рождения. У меня вот процент — один и два, почти отсутствует.

— Нулевой? — переспросил я.

Луиза Даниловна ожидаемо посмотрела на меня, как на придурка — видимо, потому что это знал даже ребёнок.

— Ну, интуиция. Предчувствие угрозы и определение наличия сенса у собеседника. Ну, и ответная резистивность к сенсу.

— А, это да. Это я умею.

— Как ты думаешь, сколько у шефа? — она кивнула головой.

— Процентов сенситивности? — догадался я. — Ну, предположу, что девять-десять.

Кадровичка не то рассмеялась, не то закашлялась.

— Да уж. Как у Годуновых и Долгоруковых. И у этого… тонмаори тут был один приезжий, из Новой Сибири… Хотя не, у них больше — под пятнадцать бывает. Конечно, меньше у Кори. Шесть и два у него. Как тебе он?

— Харизматичный, — кивнул я.

— Это да, — тяжело вздохнула Луиза, потушив сигарету, и многое встало на свои места. — Есть у него соответствующий навык.

На прощанье она коснулась моего плеча рукой. У шлагбаума посигналила знакомая квадратная машина, в которой я заметил Сида.

— Привет! — поздоровался я и сел на переднее сиденье.

— Как прошло? Берут?

— Да, всё отлично. Дорога платная, как я понял, поможешь заплатить?

— Да там всё просто, — кивнул Сид.

Действительно, потребовалось лишь дождаться очереди, коснуться терминала, и шлагбаум открылся.