Геммы: Сингония

— Твою башку бедовую проще отрубить!

Лес совсем неблагородно заржал, согнувшись пополам и похлопывая себя по коленям. Вот же подлец.

Тем временем Диана взяла флакон, вытащила пробку и понюхала, приподняв над носом плотно прилегающие окуляры.

— Сулема, мышьяк, немного свинца… спиртус… ммм… и немного вытяжки из звездной лилии. Видимо, для аромата. Таким составом только врагов травить, — заключила она, — свалит и драгуна.

Норма вернулась с тряпичным свертком, полным колотого льда. Молча сунула брату компресс и, все еще клокоча от праведного гнева, села пить чай с остатками вчерашней снеди, предварительно выстроив чашки в линию, как для смотра.

Немного погодя, все такой же пунцовый, но уже чуть менее бугристый Илай готовился связаться с куратором посредством «неслышного голоса».

«Михаэль… то есть, Ваше Превосходительство… — начал он, мысленно потянувшись к наставнику. — Тут дело появилось, нужно посоветоваться».

«О, Илай! — неожиданно быстро отозвался Михаэль. Даже повторять не пришлось, — Ты как раз вовремя.

«Хорошо, — растерялся Илай. — Но у меня вопрос по поводу…»

«Вот и задашь все свои вопросы», — прервал его Михаэль и пропал.

Илай открыл глаза, прикрытые для пущей концентрации. Брат и сестры смотрели на него в ожидании новостей.

— Так быстро? — удивилась Норма. — Или не удалось связаться?

— Да удалось, — протянул Илай задумчиво и почесал щеку, за что тут же получил по пальцам от Дианы. — Только я ничего не успел объяснить.

— К нему — это куда?

— Видимо, во дворец. Он же там служит.

Лес присвистнул:

— Во дела! Ну, это без меня, я лучше сыскным архивом займусь.

— И без меня, а то он дел наворотит, — поддержала его Норма. Хотя, вероятно, она все еще слишком злилась на Илая за его выходку.

— А я поеду с тобой, — буркнула Диана, вдруг потупившись.

— Хочешь посмотреть дворец?

— Ну… вроде того.

Норма как-то странно покосилась на младшую, но вслух ничего не сказала.

На том деление на пары сочли свершившимся и, согласно плану, отправились вниз, к Петру Архипычу. Тот, по обыкновению, был в своем кабинете — за мгновение до того, как Лес постучал в дверь, из-за нее выскочил служащий сыска, вслед которому донеслось гневное:

— …отпискам твоим в нужнике место! Охламон!

Геммы переглянулись. Похоже, господин полицмейстер был сильно не в духе, но отступать было некуда. Норма прижала к груди несколько исписанных листов.