Наследник Фениксов. Начало

Время от времени они бросали в мою сторону обеспокоенные взгляды, быстрые, но как мне почему-то казалось, полные значения. Я чувствовал вес этих взглядов, словно они были физически ощутимы.

Пробираясь к своей палатке, я ощущал, как трава под ногами, еще влажная от вечерней росы, приминается с каждым моим шагом. Каждое прикосновение к земле казалось значимым, словно я оставлял после себя не просто следы, а некий магический отпечаток.

Анна уже спала в нашей палатке, свернувшись калачиком в своем ярко-синем спальном мешке, расшитом серебряными звездами.

Её светлые волосы разметались по подушке, а лицо было таким безмятежным, что на мгновение я позавидовал её спокойному сну. Я осторожно лёг рядом, стараясь не потревожить сестру, но сон упорно не шёл.

В тишине палатки мысли в моей голове, казалось, звучали особенно громко. Они крутились бесконечным водоворотом, возвращаясь снова и снова к случившемуся, к словам дедушки, к тому странному, почти пьянящему ощущению силы, которое я испытал у костра.

Я чувствовал себя как сосуд, внезапно наполнившийся чем-то новым, неизведанным и потенциально опасным.

Я лежал без сна, вслушиваясь в ночные звуки леса и мерное дыхание Анны. Тишина палатки, нарушаемая лишь шорохом ветра снаружи, казалась почти осязаемой. Мысли о предстоящем дне в гимназии смешивались с воспоминаниями о ритуале, создавая в голове калейдоскоп образов и чувств. Я представлял, как войду в величественное здание гимназии, его древние стены, пропитанные магией веков. Как встречу новых друзей и учителей, чьи лица пока оставались размытыми, но полными ожидания.

Но теперь эти мысли были окрашены новым пониманием – я нёс в себе нечто большее, чем просто желание учиться. Во мне теплилась искра древней силы, готовая разгореться в полноценное пламя.

Несмотря на усталость, сон упорно не шел. Я ворочался, пытаясь найти удобное положение, но каждый раз, закрывая глаза, видел яркие всполохи пламени. Огонь в моих видениях был живым, он танцевал, принимая причудливые формы, то становясь похожим на крылья феникса, расправленные и готовые взлететь, то превращаясь в загадочные руны, пульсирующие древней силой.

Эти образы были столь яркими, что, казалось, оставляли отпечатки на изнанке век.

Время тянулось медленно, каждая минута растягивалась в бесконечность. Звуки ночного леса, обычно успокаивающие, теперь казались наполненными скрытым смыслом. Уханье совы звучало как предзнаменование, шелест листвы – как шепот древних духов.