Навь. Книга 4

В принципе, по идее я шел вне конкурса, закрытый указ о награждении «стасиком» за участие в операциях «Закат» и «Ответ», а также список операций СБ, в которых я принимал участие на подхвате прилагался к личному делу абитуриента и шел под грифом «Особой важности» и был доступен только моему отцу и ректору академии. Но мне надо было себя показать именно на вступительных экзаменах, чтобы потом ни одна собака не шепталась, показывая на меня пальцем, что «вот, это сынок Драбицына, который его сюда и устроил по протекции».

Мне это было совершенно не надо. И учиться придется так, чтобы быть всегда первым, а это ого-го какая конкуренция. Так что на ближайшие пять лет здесь мое будущее было предопределено.

А вот личное будущее – тут тоже придется постараться. Самое главное я и забыл сказать, как всегда. Мы с Лизкой, то бишь княжной Воронцовой обручились. Помолвка прошла в узком двусемейном кругу, ну а свадьбу решили устроить, когда я получу мамлея, то есть еще через четыре года. Нормальная практика, заодно и срок для проверки чувств.

Если за это время ничего не случится и ничего не сорвется…

А случиться могло многое. Моя способность притягивать неприятности просто поражала. Наверное, отчасти это была кармическая расплата за вторую жизнь, ничто в этом мире не дается просто так.

И тут зазвонил смартфон, затянул песню Лени Холл из «Никогда не говори никогда», Флеминг и здесь написал свои фантастические боевики про Джеймса Бонда. Много, очень много совпадало в этом мире по мелочам, несмотря на основные различия.

- Привет! Ну что, ты готов? – Лизка прощебетала мне в трубку.

- Собираюсь, - соврал я, судорожно вспоминая, куда же я должен быть готов. Точно, блин, совсем забыл! Ян с Сашенькой ждали нас в кабачке «Добрый колбасник», который я иначе как «Добрый собачник» и не называл. Там можно было выпить по паре кружек баварского с вайсвурстами и бретцелями, и спокойно потрепаться за жизнь. Этот кабачок мы облюбовали за последнее время как наше место для отдыха, хозяин Штраус, хотя и не немец, а австрияк, был хорошим знакомым папы Яна, и для нас всегда находился отдельный кабинет.

Дресс-код, дресс-код! Какой нафиг дресс-код еще! Достаточно быть приличного вида с приличной физиономией, бомжар и бичей туда не пускали, заведение приличное.

- Все, через пять минут выхожу!

- Давай быстрей! – через щебетание птички прорезались нотки рычания молодой пантеры. – Машина уже у вашей Князевки.

Я отбил звонок, чертыхнулся, и поднял с пола небрежно брошенные джинсы.