Пришествие бога смерти. Том 19

В этих душах частики Воли мира других миров… Почему я раньше этого не почувствовал?!

В этот момент Альс ещё сильнее закричала и начала натурально покрываться трещинами. А сразу за ней и Мона.

Рейна тут же бросилась к ней, но вдруг остановилась, потому что Гаус начал тоже покрываться чёрными трещинами. Эти трещины дымились и разрастались…

— Орудос! Вливай в Мону свою божественную сущность! Как богов их уже не спасти, но спасём их души! — громко выкрикнул бог смерти. — Остальные помогите нам. Если не справимся, процедура Возрождения прервётся и всем нам наступит конец!

Миг спустя все божества распределились на две группы и столпились около Гауса и Орудоса.

Вот только не прошло и половины минуты, как многие из них сами попадали на колени, крича и покрываясь трещинами.

— Нет… — произнесла Альс и схватилась за Гауса с Рейной. Миг спустя тело воительницы осыпалось прахом, освобождая энергетический силуэт, и его понесло вперёд, к горе.

Вот только Альс потащила за собой энергетические силуэты Гауса и Рейны, практически вырывая их из тел.

Но Нез-з, Мильнер, Олисандра и даже вечно угрюмая Мирис схватились за них. Вот только и из них тоже потянуло божественную сущность…

Раздался крик, сотрясающий само пространство, и Альс резко дёрнуло, отрывая от всех этих богов, немного сущности. Кроме Гауса с Рейной… От первого почти половину оторвало, а от второй около четверти.

Осколки сущностей тут же впитались в девушку, что на огромной скорости летела к горе…

Божества попадали на землю и не видели, что Мона также обратилась энергией, но это было её решением, ради сестры она пожертвовала своим телом.

Девушка выстрелила собой, перехватив Альс перед самой горой, обняла и вместе с ней влетела в гору. А после… Земля дрогнула! Небо начало чернеть, но вскоре в нём появились золотые тучи, следом красные, серые и многих других цветов.

Не прошло много времени, как небо стало радужным и мир затрясся. Разом активизировались все вулканы, единый континент начал покрываться трещинами, из недр земли хлынула магма, а моря и океаны вскипели.

— Держимся… — прохрипел Гаус, едва находясь в сознании. — Процесс запущен… Мы… Справились.

Сереброволосый мужчина подтянул к себе Рейну, из чьих ушей и носа шла кровь. Обняв, прижал к себе, и та открыла глаза, но осознанности во взгляде почти не было.

Гаус огляделся. Все были едва живыми. Досталось каждому. А те, кто был в более живом состоянии помогал тем, кто едва дышал.