Дядя самых честных правил

Глава 20 - Угроза

Пока Прохор надевал сбрую на механического коня, я спросил у рыжей:

— Александра, вы смогли увидеть эфир?

Она чуть-чуть помедлила и покачала головой:

— Я не уверена. Ничего такого не заметила.

— Нестрашно. Чтобы видеть эфир, нужен регулярный опыт. Будем развивать практикой.

Говорить ей, что эта способность проявляется не сразу, я не стал. Увы, некоторым людям приходится ждать годами, пока она раскроется. Но сейчас нельзя подрывать уверенность девушки в своих силах.

— А теперь посмотрим, на что годится наша лошадка.

Хоть конь был на вид неказист, прихрамывал на заднюю правую ногу и не отличался скоростью, но тянул грузы не хуже заграничных поделок, а, может, даже и лучше. Приёмистость у него была, что надо. Хочешь — паши, хочешь — вези тяжести. Без ветерка, зато гарантированно. И дорогой спирт ему не требуется, как авалонским коням, только дёготь — для смазки и охлаждения магического движителя. А вы думали, я с Добрятниковым зря торговался?

— Вы, барин, — Прохор почесал в затылке, — прямо настоящий механикус.

— Не скромничай, — хлопнул я его по плечу, — ковать я не умею. Ты вот что, Прохор. Возьми коня да погоняй его недельку. Съезди по деревням, не знаю, заказы собери, к примеру. Попросят помочь — не отказывай. Надо посмотреть, как под нагрузкой станет ходить, слабые места найти.

— Сделаю, барин.

Прохор осклабился. Ему будет копеечка в карман, а коню — эксплуатационные испытания. Так сказать, сочетание приятного с полезным.

— А как его зовут?

— Что? — я обернулся к рыжей.

— Коням надо обязательно давать имена. Тем более, он первый, родоначальник.

Вот уж о чём я не думал, так это об имени для механического коня.

— Твоя идея, ты и называй, — махнул я рукой.

Александра подошла к коню и погладила металлическую шею.

— Я назову тебя Буцефал. А ласково пусть зовут Буцик.

Мне в горло что-то попало — так, что я закашлялся. Юмор у моей ученицы не хуже моего, однако.

— Константин Платонович, — Прохор указал куда-то вдаль, — там едет кто-то.

Я обернулся. Точно, по дороге от леса скакал всадник.

***

Не поверите, это был Пётр Бобров. Ёшки-матрёшки, прошло совсем же немного времени, а ощущение, что мы из Парижа сто лет назад ехали.

— Костя!

Лошадь под всадником оказалась живой и немного нервной. При виде нашего железного конька она заржала и отшатнулась, чуть не сбросив Боброва.

— Спокойно, Тарань!

Успокоив кобылу, Пётр спрыгнул на землю и отдал повод подбежавшему Кузьме.