Иная судьба. Книга 1

Но она подложила в носки кусочки мягкой замши, кем-то предусмотрительно оставленной, потопталась – вроде бы сойдёт, только каблучок непривычно высоковат, раньше-то она ходила в сабо. Да ещё однажды на праздник дядя подарил ей нарядные сапожки, которые она и обула-то два-три раза, не больше…

А вскоре тихонько зашептались за дверью – и заглянули две девичьих головки, светленькая и рыженькая, в аккуратных кружевных наколках. Глянули, ойкнули, отпрянули и сунулись снова. Пока Марта не догадалась сказать, что можно войти.

Они хлопотали вокруг «госпожи», а той было и неловко, и чуть смешно. Ведь она не старше этих девочек, но почему-то обхаживали именно её: и расправляли воланы на платье, и пытались сделать высокую причёску, но, по её настоянию, так и оставили две косы. Ей – одной! – снова накрыли столик и поставили большую чашку крепкого, как вино, горячего бульона и целое блюдо с крошечными пирожками, которыми так и хотелось набить карманы. К сожалению, кармашков в платье не было, пришлось мысленно посокрушаться, что не запастись… Пить бульон, когда служанки смирно выстаивали рядом и ловили каждое слово, а Марта сидела – было вообще уже чудно.

А на предложение присесть и угоститься девушки только затрясли головами и посмотрели на неё с таким обожанием, что «госпожа» чуть не поперхнулась.

Дома если ей удавалось за столом запустить два-три раза ложку в общую миску – и то ладно, считалось, что ей хватит. Тётка бдительно следила, чтобы весь её многочисленный выводок был накормлен – а у неё своих две девки, от первого мужа, что помер в оспу, да от Жана четверо – две пары близняшек.

Поневоле будешь поглядывать, чтобы каждому кусок достался.

А тут всё это богатство – ей одной… Даже не верилось.

И это было ещё простейшим испытанием. А вот когда она робко поинтересовалась, можно ли ей пойти посмотреть замок, а девочки дружно ответили:

– Госпожа, вы ведь госпожа, что хотите, то и делаете, на всё ваша воля!

…Вот тут у неё чуть голова не закружилась от страха.

Это куда же её вознесло? Никогда ещё Марте не приходилось кем-то командовать, разве что младшими кузенами, да и то – больше с шутками да прибаутками; попробуй, повысь на них голос, тотчас влетит от тётки. А тут… Живо вспомнились вопли юной Анны: «Дядя, пусть ей уши отрежут!» Неужели даже у соплячки была такая власть над людьми? И всё потому, что госпожой родилась? Нет, она, Марта, так не сможет.

«Да и не нужно», – шепнул ей голос рассудка.