Иная судьба. Книга 1

Уж больно похожа на племянницу, буду пользовать – начну представлять, что с ней.

Правду говорят, что божьи жернова мелят медленно, но верно. Отправился барон на войну, не успел самолично племянницу выдать, как-то обошлись без Марты. А с войны владетель Сара и трёх близлежащих деревушек вернулся, разбитый параличом после какой-то странной, поговаривают – дурной болезни. Целый год девушки выходили замуж безбоязненно, не отбывая законной повинности в барской спальне.

…А сегодня утром тётка отправила её с поручением к пастору.

Поручение-то было плёвое – попросить облатку для болящей бабки, тёткиной матери, не могла она нынче сама к причастию пойти. И только сейчас Марте подумалось: а какое это причастие, коли день – не воскресный? Вторник сегодня, нет службы-то…

И обдало её запоздалым ужасом. Последним за этот долгий день.

Значит, барон за ней всё-таки послал. А пастор Глюк… не её выручать кинулся, а себя спасать. Барон в гневе страшен, пока разберётся, что не по вине святого отца девчонка пропала – зашибёт.

Вот оно как складывается… Не шарахни Марту по голове неизвестные злодеи, не подставь вместо преступной герцогини – была бы она сейчас вообще жива?

А завтра добрый герцог отошлёт её назад, в Сар. Прямо в зубы к барону. Видно, от судьбы не уйдёшь.

Она смотрела на угасающие синие огни на поленцах и думала: ещё не поздно. Встать. Закрыть окно. Тихо-тихо, чтобы не лязгнуло, прикрыть на каминной трубе вьюшку-заслонку. А потом вернуться на место, может, даже, прислониться к боковинке кресла… или опереться о мужское колено, чем чёрт не шутит.

Герцог – крепкий сильный мужчина, такие спят долго. Час-другой – и они с Мартой уже не проснутся никогда. Угар сделает свою работу быстро и милосердно.

И больше ни над бесполезным девичеством не трястись, ни ждать, цепенея, когда же барон распорядится её по полю пустить и собак по следу науськать, как уже делал с теми, кто ему, даже немощному, угодить не смог.

Вы тоже отдохнёте, ваша светлость. От распутной жены, от тяжких государственных трудов, от злобных и завистливых людей…

Одно только вдруг огорчило Марту.

Герцог-то по своей белой кости да славным делам пойдёт прямо в рай, а ей… ну, понятно, куда дорожка уготовлена. Прямиком в пекло, как самоубийце. И по всему выходит, что больше они никогда не увидятся, и будет у них у каждого своя Вечность: у него – без печалей и воздыхания, у неё – со стоном и скрежетом зубовным.

Марта опечалилась.

Умирать больше не хотелось.