В пепел. Кадет

Сейчас подойдет, мы успели раньше условленного.

На пару секунд установилась тишина, а потом второй продолжил:

– Но вы уверены, что все именно так? И что речь шла именно о мальчишке? Не оказалось бы, что мы зря рискуем.

– М-м… вот что я вам скажу, – лениво протянул характерный голос, – не лезли бы вы в это дело дальше необходимого. Поверьте, здесь чем меньше знаешь – тем лучше. И чем меньше людей об этом знают – тем лучше тоже. Потому мы с вами и торчим тут на сквозняке, изображая мелких курьеров.

– Понимаю. Но… может, речь все же о Вороне? Это было бы логично.

– Упрямец вы все-таки. Нет! Речь именно о мальчишке. Именно он не должен ни в коем случае добраться до Сонресорма. А Ретенауи… Он станет просто приятным дополнением. И все.

– То есть окончательная гибель рода Ретенауи всего лишь приятное дополнение?!

– Это не род! Это скопище швали. Чистокровный он там один. Да и то линия наследования не прямая.

– Но формально Ворон все равно в своем праве, – даже не видя, Пепел был уверен: собеседник пожал плечами.

– Нет! – первый перебил второго настолько резко, что тот от неожиданности закашлялся. – Нет. Не смейте сравнивать. И вообще, давайте уже закончим. И так наговорили лишнего…

– Тс-с-с-с-с!..

В темноте раздались еще чьи-то шаги, а затем тихий свист, явно условный.

– Сюда! – так же тихо позвал второй. – Здесь мы.

– Принесли, господа хорошие? – в беседу включился новый персонаж и, соответственно, новый голос.

Акцент был сделан на последнее слово, и уловил это не только Дари.

– Все, – не слишком довольным тоном подтвердили ему. – Держите аппарат… Да осторожнее! Это вам не банка с краской!

– Понял уже, – отозвался третий. – А оплата?

– Вот. Половина суммы, как договаривались.

– Хорошо. Где я вас найду завтра? Забрать остальное?

– Здесь же. В это же время.

– Хорошо. Надеюсь, сюрпризов не будет? А то ведь я молчать не стану, если вдруг что.

– Давайте обойдемся без угроз, – вопреки словам, угроза в голосе собеседника номер два все-таки прозвучала. И очень явно. – И давайте не будем начинать все по новой.

– Хорошо, – третьего на этом слове, похоже, заклинило. – До завтра, господа хорошие.

И шаги застучали, удаляясь. А когда они затихли совсем, первый, который при новом собеседнике и слова не произнес, выплюнул сквозь зубы:

– Ш-шваль! Мерзость.