Бастард Ивана Грозного - 1

Боярин, не ожидавший такой лёгкой победы не удержался на ногах и полетел вниз по лестнице сбивая Фильку и увлекая за собой мешок Ракшая с тяжёлым скарбом. Шум случился изрядный и когда Санька спрыгнул на крыльцо из двери выглянул ещё один богато одетый «гость» очень похожий лицом на первого.

- «Бельские», - подумал Санька.

- Что случилось?! – Рявкнуло лицо, глядя на спокойного Ракшая. – Ты кто?

Санька не стал повторятся.

- Гость, - ответил он.

- Какой гость?

- Казанский князь Ракшай.

- А что тут гремело?!

- Человек упал.

- Какой…

Лицо выскочило на крыльцо босиком и в исподнем и поспешило вниз по лестнице. Вслед за ним из двери показалось третье лицо, тоже очень похожее на первые два. Третий Бельский тоже поспешил вниз по лестнице.

Тяжёлым мешком первого Бельского приложило по затылку, когда они с Филькой стукнулись о землю. Филька испустил дух сразу, приняв основной удар о землю, а боярин ещё шевелился и стонал.

Его подхватили под руки, под ноги и затащили по лестнице в горницу. Вокруг Фильки стал собираться народ.

- Убили! Убили! Фильку убили!

- Кто, кто убил?! – Спрашивали подходившие.

Одна баба показала пальцем на Ракшая.

- Он убил. Я видела, как они шли в избу, а тот толкнул Филимона и…

- Убили! – Заголосила только что подбежавшая баба и кинулась на грудь лежавшего с раскинутыми руками Фильку.

Не теряя времени Санька открыл дверь и шагнул в крепко пахнущую брагой горницу и закрыл дверь на щеколду.

- Здрасти, - сказал он, оборачиваясь, но натыкнувшись взглядом на направленные на него самопалы и суровые лица, продолжил.

- Ты кто? – Снова спросили его.

«Да что за нах?!» - Подумал Санька.

- Там народ бунтует. Ворваться хотят.

В дверь заколотили с криками: «Отворяй убивцы!»

- Ты кто? – Снова спросили Саньку.

- Княжич Казанский Ракшаев, - сказало второе лицо, пытавшееся напоить брата квасом. Первый Гедиминович уже мычал, но от кваса отказывался.

- Знаешь его? – Спросил снова молодой хмурый господин с польским акцентом, но в ответ получил лишь отмашку «отстань».

- Может то и к лучшему. Чернь сейчас и здесь взбунтуется, прямо на царском подворье. Это очень даже хорошо. Надо усилить эффект. Открой окно!

Тут Санька понял, что акцент не польский, а английский.

Стоявший ближе всех к стене открыл небольшое слюдяное оконце и отошёл в сторону. Британец подошёл, встал на скамью и выставил ствол. Он целился не долго. Почти сразу раздался выстрел и он приставил самопал к стене.