Бастард Ивана Грозного - 1

Немец? Стоп! Какой, немец?! «Фанулёни»… Итальянец?

Смотрящий отличался от мужиков, одетых в добротную, но простую одёжку: короткие полушубки, порты и лапти с обмотками, качественной одеждой, вышитой кое где к месту бисером и галунами.

- Кто это? – Спросил Ракшай у подошедшего отца.

- Брахма Постник.

- Брахма? – Удивился Санька.

- Да. Так его кличут. Он какому-то Брахме молиться и почти ничего не ест. Вот и прозвали. А имени его никто выговорить не может. Говорят, откуда-то из-за тёплого моря в Русь попал.

Пленили, говорят казанцы, а наши отбили. Давно уже на Руси. Старый уже. Ещё при царе Иване то было. Собор здешний достраивал, когда Фрязин убёг. Так говорят... Архинектор.

Мокша выговорил последнее слово по слогам, со значением поднимая вверх указательный палец.

- Нам дюже помогает. Говорят, самим царём даден. Коли б не он, не сробили бы стокма.

Брахма к тому времени подошёл ближе и сняв шапку, поклонился Ракшаю, сложив на груди руки, и внимательно посмотрел на мальчишку.

Санька тоже с интересом глянул на индуса, хотя внешне тот больше походил на полукровку манжура.

Коричневое гладкое лицо с широко расставленными карими глазами и скудной бородёнкой, было приятным.

- Брахма? Харе Рама, харе Кришна? - Спросил Санька и машинально протянул руку для рукопожатия.

Мастер изумлённо распахнул глаза, взял Санькину ладонь двумя руками и бухнулся на колени.

- О, Брахман, я сразу понял, что этот ты, как только увидел рисунки! – Вскрикнул он и прижал Санькину ладонь ко лбу.

Санька не то чтобы опешил, он в этом мире привык к неожиданным «приколам», но брахманом, то есть членом высшего сословия индуистского общества, себя не считал. Ракшай оглянулся на Мокшу. Тот пожал огромными плечами.

- Верно! Он твои «проекты» возносит. Я в них не особо понимаю. Он их строит. Плотину, мельницу, печи – всё он. И глину заказал и доставил. Коли б не он, я б только кузню построил.

И верно, под локтем у мастера имелся «альбом» с Санькиными проектами, на скорую руку набросанные для царя на обработанном гипсом пергаменте.

Санька, ещё двигаясь по Дону, и случайно увидев отложения известняка на крутом берегу, набрал себе мешок. Известняк оказался гипсом. Что для Саньки стало подарком. Потому, что он давно задумывался о том, из чего сделать несколько форм для шликерного литья посуды.

Вот этим гипсом и обработал Санька, предоставленный царём – Иваном пергамент. А серебряный карандаш сделал из деньги. Рисунки получились красивые.