Бастард Ивана Грозного - 1

По некоторым следам он прошёл, и как Санька не путал их, нашёл и силки на зайцев, и попавшего в петлю в осиннике рябчика. До осинника было приличное расстояние, и, вернувшись к жене, сладострастно кормившей ребёнка грудью, Мокша молча показал рябчика ей и со страхом посмотрел на сына.

- Кто-то охотится здесь, - сказал он. – Однако, следы в деревню не ведут, в дубраве теряются.

Лёкса приложила палец к губам и, махнув рукой, «цыкнула» на мужа.

В этот день Санька «в первый раз» сказал слово «мама» и родители сразу всё забыли.

То, что их ребёнок разговаривает по-людски, снимало многие препоны возможного возвращения его в общество.

По дороге в деревню Лёкса молчала, а скинув в землянке верхнюю одежду, сказала:

- Мы возьмём его в примаки.

- Как это? - Не понял муж.

- Скажем, что решили взять чужого… У твоего Кавала много детей?

- Трое…

- А у Микая?

Мокша пожевал губами.

- Много…

- Вот у него и возьмём, - сказала жена.

- Кто ж тебе даст-то? – Удивился муж.

- А мы и спрашивать не будем.

Скажем, что Ракшай их сын и всё.

До Мокши наконец-то дошёл смысл каверзы, задуманной Лёксой, и он заскрёб волосы на затылке.

- Так это… Надо ж к нему идти?

- Вот Сарант[3] потечёт и мы сплаваем до твоих родичей.

- Так, это… Туда махать и махать… К зиме токма вернёмся…

- Глупый ты у меня, - сказала Лёкса, потрепав пальцами мужнюю шевелюру. – Мы не поплывём к ним, а в дубраве сховаемся. В берлоге медвежьей. Всё одно медведица там не живёт летом. К нам она уже привыкла, а Ракшай[4] там и жил почти всё тепло.

Помнишь, как мы от дождя там скрывались и пришла Парава[5]… И ни чего. Рядом легла.

Мокшу вдруг осенило, что жена придумала очень добрую каверзу и развеселился. Он схватил Лёксу и едва не стукнул головой о бревенчатый накат потолка.

- Оставь, дурень, расшибёшь, - засмеялась она, но Мокша повалил её на лежанку и стал сдирать с неё одежду.

- Точно дурень… Дурус… - Шептала она. – Падурус[6].

[1] Декабрь

[2] Кузнец

[3] Сарант - Приток (скифское), древнее название реки Осередь.

[4] Ракшай - Зверь (мордовское)

[5] Парава - Хорошая (мордовское)

[6] Слишком стремительный (греческий).

Глава 2

После первого сказанного слова, Санька себя почти не сдерживал. Ребёнок «умнел» не по дням, а по часам. К концу зимы в Санькином словаре имелось около ста слов, с помощью которых он вполне сносно общался с родителями.

Санька понимал, что чересчур форсирует события, но удержаться не мог.