Бастард Ивана Грозного - 1

Он всё посматривал на ломанное когда-то старческое тело, покрытое давно затянувшимися шрамами и рубцами. Шрамы были везде, даже на обвислых стариковских ягодицах. Но Санька вопросов не задавал. Он только сказал:

- У меня переночуешь! Завтра решим, что с тобой делать.

Старик, словно не услышал сказанного. Между ними будто бы шла игра в поддавки. А третьим игроком был безмолвный Барма, ни на кого не смотревший и погружённый во что-то своё.

Санька про себя подхихикивал. Ему внутри вдруг стало очень хорошо.

Ощутилось состояние завершённости, целостности. Словно ему всё время не хватало третьей вершины треугольника и вдруг она появилась. В сердечной чакре наступило подобие покоя.

Когда он проявился здесь в теле младенца и, тем паче, рядом с медведицей и медвежонком, Санька сначала принял это, как наказание за свою бессмысленно и бесценно прожитую жизнь. Но потом, когда медведица его не сожрала, а выкормила, и он почувствовал, что неимоверно быстро растёт и развивается, Санька понял, что второе его рождение – есть дар, и настолько поверил в высшие силы, что впал в состояние, сходное с нирваной.

У него куда-то исчезли страсти. Да и какие страсти могут обуревать младенца. Он взял под полный контроль и своё новое тело, и свою «новую» очищенную душу. Благо, опыт борьбы с зелёным змием у него был огромный, а бороться с ним без самоконтроля и сильной воли никак нельзя. Правда, никто «зеленого» до сих пор не победил, но выживают только сильнейшие, а Санька умер не от цирроза, а от усталости жить.

Старца Санька поместил у себя в светлице, а сам лёг в горнице. Дед от снеди на ночь отказался, сказав, что ему и ситного кваса достаточно, потому Санька, поев вяленного мяса и запив его тем же квасом, привалился спиной на тюфяк и мгновенно уснул, попросив душу далеко не улетать, а господа бога за ней приглядеть.

* * *

- К какому делу пристроить тебя, старче? – Спросил старика утром Александр.

- Да, какое дело, мил человек? Клей я варю знатный.

Знаю секрет карлука… - сказал он тихо. – А больше ничего я не могу. Немощен глазами.

- А, что такое, - карлук? - Тоже шёпотом произнёс Санька.

- Это клей из безчешуйных рыб.

Санька посмотрел на деда удивлённо.

- Так, э-э-э… К ним же и прикасаться нельзя правоверным христианам… Как же ты…?

Дедок вздохнул.

- Так, я и не прикасаюсь руками. Его же из пузыря варят, а пузыри у всех рыб одинаковые. А карлук только для здоровья потребляю.