Пособие для наемника

Я потратил все деньги, какие имел. И ради чего? Чтобы в мое баронство отправили вашего мужа, а меня отправили черт знает куда под лживыми предлогами?

— Не такие уж они и лжи...

— Император не говорил мне, что я должен устроить переворот! В городе, до которого мне нет дела! Он говорил только о сопровождении вас для торгов!

— Барон. — Интонации ее голоса сделались настойчивее. Как и взгляд. — Хватит. Сядьте и говорите внятно.

Внятно?

— ВНЯТНО?! Я скажу внятно! Вы требуете верить вам на слово и провернуть для вас грязное дельце в Патьедо, пока ваш муж прибирает к рукам мое баронство! Вам что, собственного герцогства не хватило? — Он взглянул на Идель брезгливо.

Идель, выгнув, задрала брови:

— Вы сами себя слышите, барон?

— Гораздо лучше, чем меня слышите вы! — рявкнул Эмрис, и Идель чуть отвела глаза в сторону, потеребив при это мочку уха:

— Это вряд ли, — шепнула она под нос.

— Когда будут искать виноватых в перевороте, вы сдадите меня, не моргнув! Ну уж нет, Идель, я не дам сделать из меня козла отпущения!

Прежде, чем Железный договорил, он увидел, как Идель сделала останавливающий жест. Кровь ударила по глазам: да что эта сучка себе позволяет?! Он едва не сделал шаг в ее сторону, когда ледяной голос, обращенный не к нему, немного остудил Эмриса:

— Не надо, Рейберт.

Рейберт? Причем тут Рейберт? Эмрис огляделся. Ого! Рейберт и Дарет обступили его с двух сторон, и Рей уже занес кулак для удара.

— Миледи! — Рыкнул блондин.

— Он научится, — непререкаемо изрекла Идель. — Сядьте, барон. Я не люблю смотреть на людей снизу-вверх, у меня, знаете ли, быстро затекает шея.

Эмрис стоял твердо, как вбитый гвоздь, и думал лишь о том, что если шею свернуть, то затекать она перестанет.

Идель пришлось повести бровью. Рей и подоспевший Ульдред (он был массивнее Дарета) натурально придавили Железного к стулу.

— Давайте не усложнять разговор, пожалуйста, — обратилась леди. — Мы вполне можем договориться. Прежде всего, напомните, лично я хоть раз сказала вам, что мы едем просто торговать сукном?

Эмрис сидел, как на вулкане. Хоть Ульдерд и Рейберт сразу же, усадив, убрали от барона руки, их присутствие недвусмысленно намекало, что уйти ему не дадут, пока эта... эта девка не скажет все, что надумала.