Пособие для наемника

— Чего? Пока Железный вернется в замок и окопается там, что потом не вытащишь? Нет уж! — Лестер дернулся в сторону двери, но граф, выказав неожиданную прыть, поймал сына за плечо. Лестер обернулся, в его свежем молодом лице сквозило нетерпение.

— Подождем пару дней, — мягко настоял отец. — Обдумаем как следует еще разок, завтра. И если завтра и послезавтра идея будет казаться такой же привлекательной, как сейчас, начнем действовать.

Лестер сжал челюсти — граф услышал скрип сыновьих зубов.

— Лесте-ер. — Ворнли-старший потеребил руку сына, мол, давай, отвечай. — Дай слово, что не наделаешь глупостей за это время.

Лестер отвел глаза. Ярость, усиленная приоткрывшейся дверью возможности вернуть свое и отомстить равнодушным к его бедам, подстегивала молодого лорда.

— Сын! — Голос графа стал жестче и он сжал руку Лестера сильней. — Моя злость на Аерона и Теоданиса не меньше твоей. Но если мы ошибемся, если что-то пойдет не так...

— Все уже идет не так!

— Я не хочу видеть, как тебя казнят! — Он встал с Лестером лицом к лицу.

— Да, графство Ворнли знавало лучшие времена и заслуживает оно большего. Но, Лестер, — лорд положил руку сыну поверх плеча. — Никакое графство не стоит жизни моего сына. Не делай ничего опрометчивого, я тебя прошу. Нужно как следует все обдумать. Дай мне немного времени и сам, тем временем, как следует последи за этим посланцем.

Выносить взгляд отца было сложно, и Лестер отвел глаза.

Может, оно и к лучшему: врать, когда смотришь прямо, куда сложнее.

— Хорошо, пап.

Звезды в небе сияли неприлично ярко, словно высыпанные из бочки рыбины со сверкающими под солнцем боками. Мужчина в плаще с капюшоном, надвинутом на глаза, стоял наверху сторожевой башни, вздернув голову, и разглядывал их с большим интересом.

— Понимаешь в этом что-то? — Из-за спины, оттуда, где проход уводил на винтовую лестницу, составлявшую хребет сооружения, вышел молодой человек в таком же темном плаще, но со сброшенным капюшоном.

Впрочем, было достаточно темно, чтобы очертания его лица почти не угадывались.

Первый из двух, который даже по голосу был старше, скосил на прибывшего глаза и едва слышно хмыкнул:

— Да, понимаю. Погляди сам. — Мужчина пододвинулся, запуская собеседника поближе (на обзорной точке сыскалось не особенно много места), протянул руку в небо. — Видишь, это к переменам, — изрек он веско.