Зов разлома

«Надо бы до харчевни дойти, может, там что есть, девчонку покормить, — уставившись на потолок, подумал он. — И Эйрику надо сказать, пусть его жена заберёт Хельгу до вечера, заодно и накормит. Вечером рассчитаюсь».

Он сел на кровати и запустил руку в волосы, пытаясь немного пригладить их. Взяв лежащий на кресле халат, Гостомысл направился к умывальнику.

— Доброго утра, князюшка, — раздался сзади тонкий голосок.

Резко обернувшись, он увидел стоящего на табурете Проньку. Домовой сиял, как начищенный самовар.

Гостомысл покопался в памяти и не обнаружил ни одного эпизода, когда домовой хоть раз приветствовал его утром. Не иначе как солнце встало не с той стороны или домового подменили.

— Ты тут какими судьбами? Вроде до обеда далеко, — поинтересовался мужчина. — Или случилось что?

— Обижаете, князюшка, я же к вам со всей прилежностью. Вот, хозяюшкой послан. Велела ждать тут, пока её дедушка не проснётся, дабы сообщить ему, что вода в душе нагрета, полотенца свежие доставлены, а сама она вас к завтраку ждёт, — Пронька аж запыхался, произнося свою речь.

— Душ? Хозяюшка? Пронька, ты что, опять свою еду ел? Брось ты это дело, а то в следующий раз не выживешь. — Гостомысл глянул на рыжего болтуна.

— Зря вы, князюшка, сердитесь. Хозяюшка наша давно встала, и воду вам подогрела, и завтрак сготовила, так что не спорьте, — домовой явно не собирался сдаваться.

— Это Хельга тебя послала? И как она с тобой сладила за одну ночь? Пытала, что ли?

— Добрым словом, вниманием и уважением.

— Домовой ухмыльнулся. — А мы что ж? Добрым хозяевам всегда служить рады.

— До сегодняшнего дня не замечал за тобой подобной самоотдачи, — ехидно заметил князь, но в душевую пошёл. Вчера он упал на кровать и уснул, даже лица не обмыв.

Душевая находилась в дальнем конце огромной комнаты, туда вела незаметная дверь. Такая же, как и все в доме, — покрытая резьбой. В самой душевой было чисто, лежала стопка свежих полотенец и висел чистый халат. Князь повернул кран, из лейки потекла вода.

Не горячая, не холодная, а ровно такая, как надо, — тёплая.

— Сумасшествие какое-то, — покачал головой мужчина, — не может мелкая девочка быть такой хозяйственной. Ей в куклы играть да в салки бегать.

Закрыв кран, Гостомысл долго вытирал длинные волосы и не менее длинную бороду. Накинув халат, он вошёл в комнату и на мгновение потерял дар речи: Пронька услужливо стоял возле стола, удерживая поднос с кувшином и стаканом.