Зов разлома

— Это не просто сглаз и проклятие: те, кто это сделал, убили трёх человек для активации рисунка. Когда мы почувствовали изменение в магическом фоне и нашли это место, уже всё закончилось. Наши маги сказали, что данный круг не активировался. Может, ошибка, а может, сил не хватило. Хотел я сразу к Светлояру депешу отправить, да не жалует он нас. А дело щекотливое. Таким кругом можно много зла наворотить.

— Я Светлояра на осьмицу увижу, — задумчиво произнёс князь, — кристалл мне оставь, лично ему вручу. Как будет ответ, пришлю вестника.

Постарайтесь узнать, откуда умелец такой у вас в Валахии взялся. Ещё любителей запретной магии нам не хватало. Лет сорок прошло, как я последнего такого видел, кто руны кровью невинных активировал.

— Отец мне рассказывал, — кивнул мужчина. — После вашего «общения» с тем магом ничего лет двадцать не росло на пустошах. Даже комары там не летали.

— А я не люблю, когда меня пугают, — пожал плечами Гостомысл, — нервничать начинаю. Могу силу не рассчитать. А могу и вообще не контролировать.

Что ж, ответ ты мой услышал, с решением вашей проблемы не затяну. А сейчас поздно уже — твой день только начался, а вот мой заканчивается.

Князь проводил делегацию и на мгновение задумался: то ли домой идти, то ли с Рориком переговорить. В этот момент перед князем появился магический вестник; услышав его послание, князь, забыв обо всех запретах, развернул портал прямо в коридоре и исчез в нём. Взвыли охранные заклинания.

***

Хельга никак не могла понять, чем же вызван такой переполох, почему все мечутся как угорелые.

«Ничего же не случилось, да и вода уже была не особо холодная. Никто к водяному в гости не ушёл, так чего шум поднимать?»

Но остальные так не думали. Златка, мать Забавы, ругала Игната, не стесняясь в выражениях, а вот мать Бальда и Добрыни рыдала, словно они и правда утонули. Зато тётушка Вышемила оказалась самой спокойной: она сразу же всех переодела в сухую одежду, закутала в одеяла и рассадила на тёплой печи. Каждому вручили кружку с медовой водой и приказали выпить её немедленно.

— Батька, наверное, за розгами пошёл… — опустошив свою кружку, произнёс Игнат. — В этот раз точно выпорют.

— А за что? — поинтересовалась Хельга. — Мы вроде ничего не сломали, не испортили, а что до плотов, так дадим владельцам нормальные верёвки, пеньковые.

— Нам запретили к озеру подходить ещё на прошлой неделе, — пояснил Добрыня. — Сказали, что если увидят, то розог всыплют.

— Всем всыплют? — поинтересовалась Хельга.