Жизнь в подарок

А то, что это — патроны есть, а пулемёта нету? Непорядок! А если серьёзно, то я действительно хочу замахнуться на решение этого вопроса. Делать буду подобие немецкого ручного пулемета времен отечественной войны мг-42. Почему именно его, спросите вы? Потому что, как и револьвер, я такой пулемёт разбирал и собирал до винтика, приводя очередную находку друга в божеский вид. Поэтому и знаю, благодаря своей абсолютной памяти, его от «а» до «я». Конечно, сложности будут, особенно с адаптацией этого агрегата к нашему калибру, но справлюсь.

Зато если получится, то тогда тут хоть революцию устраивай — равных не будет. Шутка, конечно, но в каждой шутке, как известно, что-то есть. Во всяком случае, защищаться, имея пулемёт, — лучше, чем его не имея.

Не могу сказать, получилось бы у меня с пулемётом или нет, но не срослось. На следующий день после испытаний случилась поистине судьбоносная встреча. К нам для покупки револьверов приехал сын боярина Вельяминова со свитой, и столкнулись мы с ним буквально нос к носу.

Его реакция оказалась предсказуемой — он сразу же дал команду своим холопам меня задержать. Я тоже не стал ждать развития событий, а выхватил револьвер и начал палить по кинувшимся ко мне людям. Пять раз я успел выстрелить и положил на месте пять холопов боярича, а шестой раз выстрелить не успел — у меня из руки выбил револьвер один из примчавшихся казаков. Ну, как примчавшихся, они стояли, о чем-то разговаривая, буквально в десятке метров и видели все случившееся. Вот один из них и успел спасти жизнь этому придурку. Я про боярича, если кто не понял. А как его ещё назвать, если он позволил себе такую выходу на земле, с которой выдачи нет?

Казаки разоружили всех спутников боярича, как, собственно, и меня. Сотник попытался все разрулить на месте, но этот скунс закусил удила. Пришлось собираться в дорогу. В Азов я отказался ехать на отрез — там, помимо казачьей старины, есть ещё и царский воевода. И не надо быть пророком, чтобы понять, чем закончится разбирательство в этом месте. Всё это мне удалось донести до сотника, и казаки решили собрать круг в ближайшей станице, куда мы на следующий день и выдвинулись.

В дороге я наедине переговорил с сотником и наставником. Я пытался убедить их, что боярича нельзя отпускать из этого края. Если он доберется до отца, то меня ждут неминуемые проблемы. Эти два, даже не знаю, как их назвать не обидно, уперлись рогом и только талдычили, что с Дона выдачи нет.

— А если царица прикажет, тогда как? — спросил я.