Само совершенство

У меня, циничной, в это время вертелась в голове знаменитая фраза из советского фильма: «В общем, все умерли!» А что? Так ведь оно и было. Но прочая публика, коей насчитывалось в зале не менее пары десятков, вовсю хлопала актерам и одобрительно переговаривалась. Еще бы, до развития нормального драматического театра оставалось не менее столетия… Одним словом, пока что искусство было перед народом в большом долгу.

— Позвольте узнать, понравилась ли вам пьеса? — прошелестел Викентий, присаживаясь рядом.

Мы с Арбениным переглянулись.

— О, Викентий Ильич, это было инублиабль! В жизни не видала я ничего столь…столь…

От восхищения она растеряла все слова, и русские, и французские.

— Фееричного, — веско закончила я, — Это было феерично, дражайший Викентий Ильич.

Челищев еле заметно поморщился. Он отлично рассмотрел мой сарказм под вежливыми словами, но ответить возможности не имел. Поэтому переключился на мою кузину.

— Позвольте, Марфа Васильевна, представить вам исполнителей главных ролей.

— О да, да! — легкомысленная девица захлопала в ладошки и мгновенно исчезла из поля моего зрения под ручку с хозяином.

— Инублиабль, — Андрей состроил восторженную физиономию и расхохотался.

Я смеялась тоже — ну действительно, потешное же было действо, а мы еще столько сдерживались.

— А вы видели кукол на заднем плане? — сквозь смех с трудом выговорила я. — Я все никак понять не могла, что это они точно деревянные, а потом сообразила-таки.

Кавалер кивнул.

— Большая редкость, а он их как-то…прячет вроде бы. На сцену выпустил, не утерпел, но никому не рассказал, что владеет такими кунштюками. Мне отец рассказывал, бывал он в поместье у Якоба Вилимовича Брюса, так у него…

— Я знаю, девка железная, — вот что значит взаимопонимание.

Он как будто прочел мои мысли. Но сам совпадению удивился.

— Откуда вы знаете?

— А…тоже кто-то рассказал. Я и не вспомню, кто, — правильно, не рассказывать же ему, что о «брюсовой кукле» я узнала из университетских лекций по истории России.

И я целеустремленно направилась к выходу из зала. Арбенину пришлось в скором темпе следовать за мной. Правда, в полутемных коридорах, по которым мы шли, лучше было бы двигаться помедленнее. А то мы почти бежали, миновали пару анфилад, свернули влево, поднялись по лестнице, и тут только поняли, что заблудились.