Солнце Нави

Значит, сбывается пророчество Мокоши. Я ждал чего угодно, но дитя...", - Бессмертный хмыкнул. - "Как нелепо".

— Что теперь делать с мальчиком прикажешь? - спросил Ворон, покачивая неунимающегося ребёнка.

"Я мог бы убить княжича в один миг", - пришло на ум Кащею. - "Впрочем, когда судьба обернулась шуткой..." - он задумался лишь на мгновенье. - "Хотел бы я взглянуть, хватит ли у него духу навредить мне, если он будет считать, что я – его родня."

— Это не княжеский сын, а отпрыск Водяного, коли так посудить, - поморщился Бессмертный.

Слуга прыснул.

— Сделай что-нибудь, чтобы это чудище перестало вопить, - промолвил между тем Кащей. Потёр висок. Не помнил он, когда у него последний раз так болела голова. - Там и поговорим.

— Он голоден, всего делов, - Ворон уже примирился с детским плачем, а вот терпение Бессмертного истончалось.

— Так вымой его, одень, накорми, а уж потом приходи, - сквозь стиснутые зубы отвечал Кащей. Слуга склонил голову. - Да поживей.

Он не повысил голоса. Ворона и без того тут же как ветром сдуло.

Спустя время выкупанный притихший княжич снова был принесён Бессмертному. Тот успел перейти в свою светлицу, где, сидя за широким столом, перебирал каменья. Каждый брал из небольшой сверкающей горстки, осматривал на свету сальной свечи, глядел сквозь самоцвет на прозрачность да изъяны. Ежели были огранённые – не оставлял без внимания каждую грань. Те, что по нраву пришлись, откладывал в сторону; дурные же отбрасывал в ларец, стоявший на полу подле него.

— Позволь отвлечь, - окликнул Кащея Ворон.

Тот неохотно отложил в сторону сверкнувший сотней лучей камень. Слуга и сам невольно залюбовался игрою света. - Что сейчас скажешь о княжиче?

— Подай, - потребовал Бессмертный. - Погляжу, кого там волхвы ко мне в Навь записали.

Он не слишком умело принял сонное дитя из рук Ворона.

"Вот какова, оказывается, смерть моя", - с недоумением подумал Кащей.

Атласное платье на ребёнке было чересчур тонким на взгляд Бессмертного, а сам княжич и вправду был довольно худеньким.

— Говорят, хворать много будет, - заметил слуга. - Да ещё слышал я, молвили, что не слишком пригож он для княжеского сына.

— И не диво, что люди слепы, - Кащей осматривал ребёнка так же тщательно, как только что это проделывал с адамантом. - Очи у него что твой самоцвет, да смертные таких мелочей в упор не замечают.

— Твоя правда, только вот...