Ландскнехты

в общем, не нагибаясь, и причмокивая, - размеренно произнес Отакар, задрав нос, с постным и в высшей степени научной миной на мрачной физиономии. - Вещь дешевая и очень практичная. Куда легче обычной чугунной гранаты. Полупрозрачный корпус позволяет следить за наличием присутствия заполнения и его состоянием. Кроме того, стекло дает осколки не столь пробойные, как металл, зато они крошатся в ране. И хрен такое колотье отследишь всякими зрительными волшебствами, Мирослав зуб дал.

Выдав на одном дыхании высокоумственную тираду, гренадер сунул пустой корпус гранаты в седельную суму, шмыгнул носом, трубно высморкался на обочину и снова задрал нос.

Какое-то время троица ехала в молчании. Швальбе чесал щетинистый подбородок, Гавел морщился, пытаясь соотнести импровизированную лекцию с общей необразованностью собрата по национальной нелюбви ко всему немецкому.

- Чугуний... - пробормотал, наконец, капитан.

- Progressus, - сказал Гавел, значительно подняв указательный палец к серому рыдающему небу.

Троица переглянулась и совершенно искренне засмеялась, распугав все промокшее воронье на добрую лигу вокруг. Гавел пришпорил коня. Толку из этого, конечно, получилось мало, поскольку грязь доходила коню почти до бабок. Весь порыв бесславно кончился через пару минут. Животное грустно заржало, призывая всадника к милосердию и здравому смыслу.

- Ненавижу Францию! – вскинув лицо навстречу дождевым струям, заорал Гавел. – И дождь ненавижу!

- А деньги? – ехидно полюбопытствовал Швальбе, который воспользовался остановкой и догнал слегка вырвавшегося вперед напарника.

– Деньги ты любишь, мой дорогой сержант?

- Нет. Сами деньги я не люблю, – неожиданно спокойным голосом ответил Гавел. – Я люблю их количество. И тратить их я тоже люблю.

- Скучно, - пробасил сзади Отакар. - И мокро. Жаль, Мирослава нет, он бы каких-нибудь чернокнижничьих историй рассказал.

- Нету Мирослава, - согласился Швальбе. - Занят. А ты, - он перенес внимание на сержанта, - не ори. Подумаешь, водичкой сбрызнуло.

Зато уплочено авансом и с избытком за... консультацию.

Закончив назидание, Гюнтер снова попробовал выжать шляпу. В процессе действия он грустно подумал, что, похоже, головному убору пришел окончательный конец. Всякой вещи есть свой срок, и шляпам тоже. Жаль, эта была хорошей, многое повидала. Еще капитану взгрустнулось от того, что рядом нет, не только московитского (или откуда он там) Praktiker der schwarze Magie, но и Кристины.