Ландскнехты

И прозвучал он внушительно, так, что даже бывалые убийцы на мгновение запнулись. - Тот, кто сейчас извлечет из ножен клинок, отправится прямиком на виселицу. И вот в этом, позвольте мне тоже дать свое слово. Дисциплина в лагере оставляет желать лучшего, что есть, то есть. Но поверьте, в нем хватит испытанных бойцов, которые приведут приговор в исполнение со всем тщанием.

- Моя честь не позволяет отступить, - прошипел Янссон по-змеиному.

- И не нужно, - ободрил его Антон, затем повернулся к Гюнтеру. - Капитан, ваши чаяния тоже будут удовлетворены.

Но потом. Если захотите.

Фульчи встал между разъяренными командирами, готовыми превратиться в дуэлянтов.

- Уважаю ваше стремление поубивать друг друга и даже готов ему помочь. Однако - позже, после завершения охоты. Завтра, когда лагерь опустеет, можете хоть оттрахать друг друга в те самые жопы, которые не дают вам покоя. Но если вы столкнетесь до срока, то я, независимо от того, кто стал инициатором, сочту это вопиющим нарушением нашего Übereinkunft.

Про веревку повторять не стану. Засим я вас более не задерживаю. Коней можете оставить на попечение моих слуг.

Швальбе кивнул и щелкнул пальцами, командуя своей маленькой свите. Янссон тоже вознамерился покинуть шатер, и Антон его не остановил, очевидно, полагая это первым экзаменом для спорящих сторон. Командиры едва не столкнулись плечами у полога, и Гюнтеру даже показалось, что сейчас Янссон обострит ситуацию до немедленного поединка. Однако Фульчи имел власть, не соответствующую образу благообразного конторщика.

Настолько, что даже гордец Янссон вынужден был проглотить оговорку насчет жоп и подчиниться.

- Полагаю, завтра в полдень? - негромко осведомился Кристофер, вышагивая по все еще сырой траве.

- Думаю, это неизбежно, - ухмыльнулся Швальбе.

- Нынче во Франции в моде поединки с участием секундантов, - как бы в пустоту сообщил швед. - У меня найдется пара друзей, но если ваши спутники не находят в себе достаточно смелости...

- Находим, находим, - обнадежил из-за спины чех.

- Давно я шведского мяска не рубил, - хищно заулыбался поляк.

- Мои друзья имеют честь принадлежать к достойной тевтонской нации, - чопорно просветил Кристофер.

- Все немцы - козлы, - исчерпывающе высказался Гавел и спохватился, глянув на спину Гюнтера. - Кроме некоторых.

- Козлятину резать будем, - порадовался зловредный Отакар, решив, что грех не позадирать пижона, коли поединку все одно быть.

Янссон шумно вдохнул и выдохнул.