Ландскнехты

Да и после пострижения, святой отец иногда «coelibatus», то есть «целибат», читал на английский манер, как «целибрейт», сиречь, праздник...

Компания обменялась понимающими взглядами. Монах чуть сгорбился, став похожим на колобка, готового с одинаковой легкостью катнуться в любую сторону. Мартин с выражением тоскливой скуки на лице, уже не таясь, положил руку на рукоять своей короткой - специально для схваток в тесных комнатушках и подвалах - шпаги.

- А вроде хорошо все начиналось, - подумал вслух Йожин, тихо и грустно.

- Переворачиваем стол, должен пулю поймать, - почти не шевеля губами, произнес опытный в кабацких схватках Мирослав, нашаривая в кобуре «утиную лапу». Небольшой дорожный пистолет-многостволку он таскал уже третий месяц, но все никак не случалось повода испытать в деле.

Впрочем, похоже и на этот раз не случится. В планы верзилы и его людей перестрелка с поножовщиной не входила. Рубиться с нищей бандой проигравшегося капитана - как с кабана шерсть стричь.

- А если я добавлю?.. - выдержав многозначительную паузу, главарь показал на ладони большую золотую монету, положил на шкуру. - Французское золото. Еще старой чеканки, - склонил голову к плечу верзила, ожидая ответа. – Довоенной.

- Дешево покупаешь, - усмехнулся Гюнтер.

- Ну, где одна, там и вторая найдется, - ухватился за оговорку удачливый игрок.

Гюнтер шумно потянул воздух носом, снова посмотрел на девушку, окинул взглядом груду ценностей, которые, стоит еще немного рискнуть, и могли бы вернуться к владельцу, приумножившись.

- Нет. Я не протестант, чтобы играть на людей.

- Красиво речет, прям актер в театре, - шепнул Йожин. - Верный признак, что спустил последнее. Ну, хотя бы добрый католик, уже хорошо.

- Заметь, оружие на кон не ставят, - шевельнул пальцами следопыт, и Мартин кивнул. Действительно, ни один из игроков даже не пробовал сыграть на клинок или пистолет. Последним шомполом не рисковали!

- Что ж, как знаешь! - хлопнул тем временем в ладоши наемник и, рисуясь, махнул рукой своей банде:

- Курц, собери эту мелочевку.

К столу тут же кинулся плюгавого вида наемник с большим мешком, раскрытым заранее. Гюнтер печально смотрел, как в бездонном рогожном чреве исчезает волшебная шкура и прочее добро...

Большая ганза, смеясь, и не скрывая радости от выигрыша своего капитана, начала собираться, гремя оружием и топая сапогами.