Ландскнехты

Кажется, вот оно, воспоминание, рядом бродит, да только не дается, хитрое…

Швальбе же, со щеки которого до сих пор не сошел след от давешнего удара, больше смотрел на фолиант, что появился на свет из объемистого мешка Мирослава. Точнее из мешка следопыт достал деревянный вощеный ящичек на медном замочке. Из ящичка - сверток, вроде даже из шелка. А уж в свертке, тщательно завернутая, скрывалась книга.

Она была очень старой и явно многое пережила за многотрудную жизнь. Толстая обложка из почти черной от времени кожи хранила многочисленные следы бурной жизни: мелкие порезы, потертости, а один угол был даже слегка подкопчен.

Книгой пользовались часто и со вкусом - из нее во все стороны торчали многочисленные разноцветные ленты и ленточки, шнурки, нитки и прочие закладки. На титульном листе была лишь надпись « «De monstrorum» и больше ничего. Мирослав расстегнул тяжелый, похоже что серебряный замок, раскрыл книгу и начал листать.

- Господи Иисусе, - уже второй раз за утро Гюнтер помянул Господа со всей искренностью и почтением.

Было от чего!

В фолианте оказалось много рисунков. Собственно, труд главным образом из них и состоял. Словно кто-то собрал вместе самые страшные гравюры, в каких только показываются палаческие изыски, ведьмовские шабаши, страдания грешников и прочие происки Сатаны. Однако тщательно выполненные рисунки казались в высшей степени искусными, будто сделанными с натуры или по очень точным описаниям. При этом, почти к каждому изображению прилагались множественные пометки и приписки, сделанные, в разное время и разными инструментами, от свинцовых карандашей до обычного угля.

Эту книгу не просто внимательно читали, ее использовали как справочник, регулярно дополняя новыми сведениями.

- Ух ты ж, дрянь нечеловеческая, - выдохнул Швальбе при виде вовсе уж лютой пакости - на картинке был изображен морской зверь Кракен, в чьем хищном клюве виднелся небольшой кораблик, а огромные и противные на вид щупальца совершали всяческие непотребства с несчастной командой.

Возглас заинтересовал девушку-рысь и она придвинулась поближе.

Капитан бросил на рыжую короткий взгляд... И снова уперся глазами в книгу, благо Мирослав пролистал до нужной закладки.

С желтовато-истертой страницы на капитана щерила клыки ужасная рожа, похожая на дьявольски искаженное человеческое лицо, только с круглыми глазами без зрачков, лысое и с провалившимся как у сифилитика носом. В пасти создания торчал набор треугольных зубов, которые казались уместнее для акулы.