Проклятье рода Юсуповых (Грелка начало)

Все бояре стали поспешно благодарить за угощение и убираться восвояси. Еще один царь, Иван Алексеевич, от греха подальше, поспешил в свои покои. Петру захотелось поговорить со своим сводным братом, дабы понять, что он за человек, и стоит ли его серьезно опасаться. Да и в покоях Ивана было сейчас менее безопасно, чем в своих собственных.

Пока сестра разносила столовую, ломая столы и стулья, братья вместе поднялись в хоромы к Ивану, в которых было темно и затхло.

- А почему ты не открываешь окна, не впускаешь света? – сильно удивился Петр, чихнув, так как в нос ударил сильный запах ладана.

- Я болею, если забыл, давно болею. Сквозняки и яркий свет мне противопоказаны, - он прошел к большой кровати и забрался в нее, укутавшись в одеяло. А еще в комнате царил бардак или творческий беспорядок. По всей видимости, слуги сюда тоже не любили заглядывать. – Что ты хотел? Ведь не просто поболтать о моем здоровье?

- Ну, хотел спросить совета у брата.

Что мне делать, кажется, меня сегодня хотели отравить? – это был провокационный вопрос, который мог дать понять, на какой стороне находился Иван.

- Уходить отсюда и как можно подальше, это мой совет. Сестра не остановится и все равно придумает способ, как тебя извести, - широко улыбнулся какой-то бледный и худой на вид братец.

- Так она хочет оставить на троне своего кровного брата, и управлять тобой, как марионеткой? – продолжал провоцировать он Ивана.

- Кем управлять, что за слово заморское? – как-то без эмоционально поинтересовался Иван. Общество Петра его явно тяготило.

- Как куклой, я ведь прав? – стал более тщательно следить за словами парень.

- Не совсем. Она для начала избавится от тебя, а потом, скорее всего, от меня, если к тому времени не подохну, - закашлялся болезненный брат. – Сама выберет себе мужа, мари..о.., куклу, одним словом, чтобы править страной единолично, - криво усмехнулся Иван.

- Хреновая у нас с тобой сестра.

Как долго болеешь? Какие симп…признаки болезни у тебя? Что целители говорят? – очень странно выглядела сама болезнь парня.

- Магическая она. У меня странный дар, который никто распознать не может. Вот когда его применяю, начинаю умирать, - Петр посмотрел на брата более внимательно. Он уже походил на живой труп, обтянутый кожей. Глаза наливались кровью, лопались капиляры, словно тот по ночам долго не спал.