Записки из бронзового века

Но это был не мой путь.

– Ноги не казённые, топать туда-сюда, – возмущался я на весь лес, привлекая Братана к расчистке территории от опавшей листвы.

Мой план был прост.

Примерная картина, как выглядит этот лес с высоты птичьего полёта и смутное представление, откуда и куда течёт река, у меня было. Вот и начал рисовать карту. На масштаб и прочие тонкости забил.

Не суть важно.

– Для нас главное – примерное понимание и правильная ориентация, – щурил я левый глаз, выводя палочкой причудливые изгибы на земле.

Карта получилась… Как бы это помягче сказать – весьма схематичная.

Пришлось лезть на дерево. Хоть немного, а легче стало. С самой верхотуры я гондурасский пик увидел. Запомнил, слез и к карте. Спел голосом Папанова песенку про «Летять утки и два гуся», затылок почесал и …

По моим прикидкам выходило, что я сильно отклонился вправо, но река неподалёку должна быть. Правильно или нет определил своё местоположение? А уже плевать было, если честно. Я уже не раз на своём опыте убедился, что тут важнее вера в себя, спортивная злость и мотивация.

А как себя подбодрить, если от пения глотка сохнет, а от фантазий башка пухнет? Правильно, перенять опыт товарища Сухова. Только он письма сочинял, а я заметки в газету ваять начал. Про нашего мальчика, который в лесу заблудился и на его поиски собаку с милицией отрядили.

Постепенно сочинительство из разряда около художественных образов обычного новостника перекочевало в разряд «Акын» – что вижу, про то и свистю. По типу, мимо пролетел паук, потом ветер дунул и с ветки три листика упали.

– Стоп! Чего? – не поверил я своим ушам, обводя окрестности подозрительным взглядом.

Потом принюхался и едва не сделал сальто на месте от радости – метрах в двадцати передо мной виднелся просвет!

И тут опять плеснуло.

Радость моментально сменилась настороженностью. Шут его маму знает, кто там плещется! Может животина какая, а может и люди.

А мозг, зараза такая, ещё не понятно ничего, а он уже такого напридумывал и опять историчку с её байками о неандертальцах выдал.

Вот удивительная штука, мозг этот. Когда ломал голову – идти или нет, так он чистый лист из себя изображал. Типа, все школьные знания были перемещены в корзину и за ненадобностью стёрты. А как дело вопрос ребром встал, так, зараза такая, дословно всё восстановил.

Как будто это вчера было!

Я что ещё вспомнил.