Записки из бронзового века

Да и внешний вид у бубна был под стать – почти идеальный круг, а на него шкура натянута. По краям – пушистые хвосты и пучки какой-то травы свисают.

Тру-хиппи, короче.

– Вы бы это, товарищ, в метроном упражнения какие поиграл что ли – проорал я шаману, пока он, выдерживая театральную паузу, с кислой мордой разглядывал, чего там у него под ногами вырисовывается.

Ряженый на мою критику вообще никак не отреагировал. Видать совсем фиговый расклад выпал. А вот толпа за костром копьями ощетинилась.

Шаман повздыхал, поохал и давай опять вопить дурным голосом.

Видать, что-то вчехлял своим корешам. А орал он хлеще, чем бабка в поликлинике, уверяющая: «Я тут с шести утра караулю! Всех в лицо уже знаю. И вас, молодой человек, тут и не стояло никогда».

Ряженый, видать, конкретно важное что-то задвигал. Народ его слушал с раскрытыми ртами и глазами по червонцу. Мужики, правда, недоверчивые морды лица корчили.

– Ты втираешь нам какую то дичь! – перевел я для себя реакцию трёх самых бравых молодцев.

И ряженого, как я понял, это конкретно зацепило.

Он вместо внятного ответа такой театр пантомимы устроил. Станиславский обзавидовался бы.

Троица не выдержала и тоже в битву за Оскар включилась.

Как играли, как изображали…

Судя по воплям и жестам, если я всё это дело правильно понял, они великого и могучего воина или как минимум Всевеликого посланца с небес ждали. Камлали усердно. И не один день. Духов каждый вечер, чем могли, задабривали, все припасы на это дело перевели, а тут я – мощный дрищ с тупой татухой и высокоинтеллектуальной мордой.

Не внушал я им доверия, короче. Не то тут востребовано было. Им как минимум Валуева подавай! А меня им даже жрать противно.

Один из копьеносцев даже воздел руки к небу и пискнул, что-то похожее на: «Галя, пробей отмену».

Но вместо отмены эта «Галя», шаман в смысле, такой ор поднял и давай ещё сильнее руками махать.

Чуть не взлетел. Честное слово!

– А я-то тут причём? Это всё вы, косячники! Духи на нас обиделись и прислали нам вот это, – примерно так я перевел пламенную речь шамана, внимательно наблюдая за его жестами, интонацией и телодвижениями.

Распинался и отмазывался ряженный долго. Ловить смысл его воплей мне надоело, и я бочком-бочком к костру двинул – на дворе же уже ночь была! И холодная.

А у костра тепло.

Доводы и аргументы у спорящих кончались, когда луна уже четверть пути прошла. Шаман завыл протяжно, потом махнул на меня рукой, кивнул одному из молодых парней и натурально рыкнул ему что-то.