Морана

Что же касается чемпионки Морозовой, то она обменялась парой фраз и улыбками с подошедшей к ней статной женщиной, которую все и посчитали ее тренером — искренне поздравляя с тем, что та смогла разглядеть и огранить столь большой талант. Тем более замечательный, что Александра уверенно двигалась к новой медали в личном зачете с крупнокалиберным пистолетом, в то время как остальные белорусские спортсмены своих болельщиков только разочаровывали. Нет, отдельные успехи были, но даже командная «бронза» уже явно уплывала в руки более подготовленных ленинградцев, в то время как за «золото» в упорной борьбе сцепились сибиряки и москвичи.

По итогам третьего дня Чемпионата у одной юной победительницы образовался «пустой» день, который она с удовольствием потратила на Музей Революции и цирк: все бы было хорошо, если бы довольная своим небольшим отпуском товарищ Липницкая не потащила ее к гранитному мавзолею основателя страны Советов. И чем ближе они подходили к кремлевским стенам и Никольской башне, тем меньше Галине Ивановне нравилось настроение своей воспитанницы.

— Сашенька, все хорошо? Голова не кружится?

В ответ на недоуменный взгляд искренне беспокоящаяся женщина пояснила:

— Солнце такое яркое, а ты даже без панамки!

— Все хорошо.

Укоризненно поцокав языком, женщина мягко предположила:

— Переволновалась на выступлениях? Нет?.. Сашенька, ну я же вижу, что тебя что-то расстроило...

Помолчав, тринадцатилетняя советская сирота неожиданно согласилась:

— Да.

Подавившись заготовленной фразой про то, что юному возрасту свойственно преувеличивать маштаб своих проблем — директриса быстро огляделась, подхватила девушку под локоток и аккуратно оттянула поближе к елям. Меж которых как раз виднелась табличка, закрывающая урну с прахом самого товарища Серго Орджоникидзе, умершего всего три года назад от внезапного паралича сердца. Правда, злые языки поговаривали, что его вызвала пуля из наградного револьвера Нагана, которым и застрелился ожидающий своего ареста нарком тяжелой промышленности — но таким откровенным вракам никто не верил.

— Саша!!! Вот уж от тебя я не ожидала!.. Ты что такое вообще говоришь?!

Поглядев на еще одну настенную табличку, ничуть не взволновавшаяся блондиночка меланхолично напомнила:

— Сами же хотели знать причину.

— Я думала, тебя кто-то обидел! Или там... По-женски что-то случилось.