Морана

Давно уже проснувшаяся, сходившая с зубной шеткой и мыльницей в туалет плацкартного вагона (своеобразный опыт, конечно), и опять забравшаяся на свое место Александра улыбнулась, услышав в голосе молодой еще воспитательницы явно-кокетливые обертоны. Вполне приятная поездка выходила... Если бы не бухарик на полке напротив, украдкой облизывающий глазами ее подростково-угловатую фигуру и залипающий на заплетенных в тугую косу волосах.

«Нет в жизни совершенства... Усыпить этого педофила, что ли? С другой стороны, к такому тоже надо привыкать — дальше ведь будет только хуже».

Вздохнув, она тихонечко перекинула прочитанную страницу одной из двух прихваченных с собой в поездку библиотечных книг и углубилась в текст, уже не слушая воркование с нижних полок-плацкарт.

— И что, вы самого товарища Кирова прямо близко видели?

— Ну, не так чтобы совсем уж близко, но доводилось. Сергей Мироныч человек правильный, на Урале его крепко уважают. Он ведь не только заводы-комбинаты-химфабрики десятками строит — еще и новое жилье целыми районами и городками.

Там все новые дома из кирпича прямо так «кировками» и называют: ей-богу, сам слышал не раз!

— Кхе-кха!

Видимо, пролетарий-алконарий все же почувствовал что-то такое недоброе от спокойно лежащей девочки, потому как шустро сполз со своего ватного матраца вниз, разложил свою невеликую снедь на столике и включился в беседу, сипло заявив:

— А у нас в Могилеве — только «сталинками»!

— Васек, так у вас это, наверное, такие большие пятиэтажные дома? И подъездов не меньше шести-восьми у каждого?

— Ну?!

— А на Урале выше четырех и не строят.

И подъездов чуток поменее.

— А-а, вон оно что! Ну, тогда все правильно, все как полагается... Слушай, Петро, когда мы уже там до Москвы дочухаем?

— Через четыре часа. С лишком.

— Да чтоб его!

Жаждающий продолжить культурный отдых, гегемон гулко вздохнул, дожевал свою вареную картошину с солью и полез обратно, обрадовав этим приятственно общающуюся парочку — и огорчив юную блондинку.

Впрочем, поваляться с книгой ей все равно бы не дали: Белевская вспомнила, что ее подопечная еще не завтракала, а у них до сих пор не продегустированы купленные еще в Минске и начавшие понемногу каменеть баранки с маком. Непорядок! Собственно, их даже из чемодана не доставали, до того хлебосольным попутчиком оказался дружелюбный и говорливый Петр Исаакович.

— Сашенька, вставай...