Морана

Вы на его лицо внимания не обращайте: у металлургов возле мартеновской печи век короткий, потому как работа дюже вредная... Им за нее даже специально молоко выдают.

— Да?

— Ну, или сок какой-нибудь. К тому же, у Василя еще и неприятности на личном фронте: может помните, год назад было постановление правительства о... Дай-то памяти... «Рациональном размещении предприятий промышленности непосредственно возле источников сырья и энергии»?

Удивившись, женщина неуверенно кивнула, подтверждая, что да, что-то такое она почти помнит.

Наверное.

— У него жена работает на Могилевском заводе искусственного волокна, а его недавно начали переносить аж в Томск, поближе к Новосибирскому химическому комбинату — и всех работников туда же на два года переводят, чтобы, значит, планы выработки не завалить. Потом у него сын в Витебске на оптическом заводе шлифовщиком: а завод-то с рабочими аж в Красноярск определили! Там какие-то особые пески нашли, очень подходящие для варки хорошего стекла: вот и получается, что половина семьи останется в Могилеве, а половина в Сибирь вскоре уедет.

..

Скрежетнув сцепками, состав дернулся в последний раз и остановился: и тут же шествующая по вагону проводница всех зычно предупредила:

— Стоянка поезда десять минут!!!

Машинально ей кивнув, Татьяна недоуменно поинтересовалась:

— А почему половина?

— Ну так у Василя старшая дочка в том же Могилеве на чулочной фабрике трудится, а младший сын на авторемонтном слесарничает, жениться собирается.

Месяц назад объявили, что и Труболитейный в следующем году собираются переносить — куда-то на Дальний Восток, там как раз большой металлургический комбинат строят. Вот он и... Огорчается.

Протянув руку, Петр Исаакович без малейших усилий сдвинул оконную створку вниз, открывая дорогу теплому августовскому ветерку.

— А что это мы тут сидим? Может, немного размнем ноги? Александра, ты как?

Вежливо улыбнувшись, юная блондиночка отказалась:

— Я лучше вещи покараулю.

А вы с Татьяной Васильевной обязательно погуляйте.

— О! Слышали, Танечка?

Воспитательница, пару секунд посомневавшись, согласилась осмотреть достопримечательности московской провинции, и накинув поверх блузы кугузый светло-серый пиджачок, последовала на выход. Вернулись прогульщики почти перед самым отправлением: он тащил новый кулек с пирожками, а она держала в руках небольшой букетик и три наливных яблока.