Дочь лорда

Нельзя помешать королю вынести тебе смертный приговор - если такое вдруг придет в его не слишком умную, зато коронованную голову.

И нельзя простить отца - потому что не получается...

Когда-то - в начале позапрошлого века или даже раньше - прапрапрадед папы приказал возвести этот замок. Для своей немалой семьи. И выросли четыре башни. Одна для самого лорда, три – для сыновей с семьями.

Постепенно замок разросся. Жить в мрачных башнях стало необязательно. Но для отца Западная – его любимая – после разгрома восстания превратилась во вторые покои.

Лет десять назад папа рассказывал семейную легенду. Когда-то с этой башни бросилась вниз дочь лорда. Того самого, основателя, или другого – предание умалчивает.

Погибла девушка, узнав о смерти любимого жениха. Ирия, правда, в последний год подозревала, что графиня не только потеряла свою любовь, но и обезумела с тоски в этих мрачных стенах. Правда, такие догадки дочь Эдварда Таррента держала при себе. И без того выть хочется!

Еще она слышала в детстве, что иногда, в полночь, здесь появляется призрак покойной.

Но ни отец, ни дочь так его и не увидели. Хоть несколько раз специально караулили. Трижды – даже вместе с Леоном.

Наверное, привидение юной графини не любит шумных компаний.

Впрочем, еще говорили, что оно посещает лишь тех, кто сам скользит по грани жизни и смерти. Еще одна выдумка. В Ауэнте никакие привидения не появлялись. Как и в аббатстве святой Амалии.

Как бы там ни было - Ирию давно не удивляет, что с такой башней связана трагическая легенда.

Башня Запада, где заходит солнце. Башня Заката... чьей-то жизни! Той юной графини. И много кого еще. Всех, кто прежде ступал по этим каменным плитам. Те люди жили, любили (если им повезло), радовались (хорошо бы!), страдали (вот это здесь запросто). Думали, мечтали, надеялись, верили. И никого из них уже нет в живых. Самый старший из Таррентов – отец...

– Входи, дочка!

Как он угадал, что она - за дверью? Или знал, что «кошмар замка Таррент» заявится обязательно? «Отцовское проклятие и худшая из дочерей» - как он сам обозвал ее больше года назад.

При одном воспоминании бешенство накатило вновь. Альваренской волной. Конечно, лорд Таррент догадался. Если в Башне уже побывала Полина!

Одна или вместе с Леоном?

Хотя нет - вряд ли. Такое обделывается наедине. При помощи охов, вздохов, опущенных бесстыжих глазок. И не менее бесстыжих нежных пальчиков...

Порой Ирия даже испытывала странную, противоестественную благодарность к Эйде.