Дочь лорда

– Это всё, что ты хотела сказать?

Сердце упало. Рухнуло.

– Ты мне не веришь?!

– Верю. Говори.

Когда Ирии было девять, один папин друг со смехом рассказывал, как в одной книге допрашивали преступников. Начинает хам - орет, брызжет слюной, грозит всевозможными пытками. А сменяет его вежливый и мягкий дознаватель. Прикидывается таковым.

Тогда это казалось смешным и отцу. А если и нет – он всё равно из вежливости улыбался. Тюрьма и казни для него существовали лишь в книгах.

Проверить, так ли поступают в нынешнем Эвитане, Ирии не удалось.

В Ауэнте ее не допрашивали. Зачем? Отец ведь не делился с дочерью военными планами...

Почему это вспомнилось сейчас? И кому труднее отвечать – парочке подобных мастеров допроса или собственной родной матери?

Ирия пересказала всё - кроме ночных кошмаров и привидений. Пересказала ровным голосом. Почти.

– Когда я вошла в кабинет - мне показалось, папа еще жив! Я тогда не поняла, почему так решила...

– И почему же? – перебила бывшая графиня Таррент. Впервые проявила искру интереса.

– Я много думала, пока была здесь... Там было МАЛО крови. Понимаешь, мама? Мало, а должно было вытечь... – Губы дрожат – как не вовремя! – Намного больше! Понимаешь? А в кабинете… столько бывает, если человек не убит, а легко ранен. Очень легко...

– Это - всё?

– Нет! Еще «ратники»...

На лице Карлотты вновь - ничего, кроме равнодушия. И всё труднее справиться с дрожащим голосом!

– Когда меня притащили к Леону, он был в покоях Полины. Они там играли в «ратников». Ночью!

Мать чуть усмехнулась:

– Продолжай.

– На доске был «кардинальский триумф»! Очень сложная позиция. Она почти никогда не получается. Даже у хороших игроков!

– Вот как раз это - не доказательство. Полина вполне может быть очень «хорошим игроком». Тебя она переиграла.

– «Триумф» был у Леона! А он таких ходов не знает. Я же с ним с детства за доской сижу.

Прежняя каменная маска. А собственный голос предательски запинается. И спешит – когда не надо.

- Понимаешь, Полина просто расставила фигуры.

Хотела сделать вид, что они играют давно. И предусмотрела всё – даже что всегда проигрывает мужчинам. Но при этом нечаянно устроила на доске позицию, где через три хода - «кардинальский триумф». Мама, клянусь - это правда!

– Теперь - всё? – Альваренский лед не дрогнул.

– Да. Понимаешь, я уверена: папу убили не в кабинете! Его туда перенесли. Его кровь… - И как же опять дрожит голос! - Сначала пролилась в другом месте. Поэтому в кабинете ее и оказалось так мало...