Дочь лорда

В одну камеру с беглыми мятежниками - участниками восстания Арно Ильдани...

Криделя здесь никто не осуждал – ни один человек. Его без оговорок приняли в «свои». Вот только сам он чувствовал себя чужим.

Не то чтобы Серж не уважал покойного принца Ильдани. Наоборот – тот был одним из самых достойных и благородных людей Эвитана. Но восставать уже после его смерти? Чтобы посадить на престол его сына Грегори? Еще неизвестно, что за человека.

Сыну принца Ильдани на момент мятежа было восемнадцать – как сейчас Сержу! Правитель из него вышел бы аховый.

Но теперь Серж среди людей, поголовно верящих, что их дело - правое. Юного Грегори многие знали лично. А даже кто нет – считают, что любой принц любого возраста лучше, чем недоумок Карл Третий с его Регентским Советом. А нынешние эвитанские маршалы – сволочи. Что Эрик Ормхеймский, что Всеслав Словеонско-Старградский.

Есть еще, правда, Мишель Лойварэ. Но его к власти не допустят. А про Брайана Аллена и говорить смешно. Каков он маршал – никто не знает, но генералом был не особо талантливым. Зато родственник Ги Герингэ.

На Всеслава юный Кридель уже насмотрелся. К Его Величеству Карлу и Регентам большой любви не испытывал. Так, может, не так уж прав осторожный дядя Ив? Вот только безумно жаль тетю Жанетту… маму!

Каково-то им узнать, что Серж – дезертир? Да еще и стрелял в спину своим?

Каково лишиться единственного сына?

В детстве мама называла его своим светом в окошке.

По ночам нестерпимо хочется реветь - когда вспоминается дом. Родное поместье, лица близких, все несказанные слова...

Тетя и дядя… Когда-то, много лет назад, едва научившись говорить, Серж называл их мамой и папой. Он же тогда не знал…

Ему было четырнадцать, когда они всё рассказали.

Он – незаконнорожденный сын сестры дяди Ива, умершей от родов. Бездетный дядя усыновил племянника. Но Ив Кридель Сержу не родной отец, а тетя Жанетта – не мать.

Тогда юноша постепенно перестал называть их родителями. Иногда всё равно проскальзывало - когда волновался. Но всё реже и реже. Сначала было трудно, потом привык. Казалось, так правильнее. А им-то было каково?!

Глупец, что же он натворил?!

Если бы Серж сейчас мог...