Сотая казнь

Его было легко понять. Теперь то дрова закупала тюрьма, а не церковь.

— Все хватит препирательств, Черный Повар и так заждался.

— Вы правы святой отец, я думаю нет смысла тянуть время, — Мэрган поднялась. Девушка всегда старалась сделать все неприятные вещи как можно быстрее.

Инквизитор одобрительно улыбнулся ее рвению. Надзиратель же не изменился в лице. Лишь когда Мэрган с тройкой церковников скрылись за дверью он помрачнел и выпил вина, явно обдумывая кого из них он потом увидит живым.

Четырнадцатое февраля.

Часть 2

Путь к колдуну затянулся. Мэрган не смотря на важность миссии не преминула оглядеть попавшиеся на пути столичные камеры, которым посвящал немало восторженных речей ее учитель. И надо признать узилища палача не разочаровали. Сразу видно, что к подготовке преступника к допросу тут относились тщательно. Были тут и сложенные с огромными щелями камеры для зимы, и покрытые свинцовыми листами летние камеры, что раскалялись так, что капли металла вполне могли потечь за шиворот. Были всегда полные гнилой воды узилища глубоко под землей, в которые спускались узкие каменные лестницы.

Эти принесли людям особо много боли… Особенно тюремщикам которые постоянно оскальзываясь на влажных ступенях долго кувыркались вниз. Мэрган наверняка провела бы за осмотром всего этого целый день, но суровый инквизитор наконец с силой ухватил ее за рукав, рывком возвращая ее к действительности.

— Вы еще успеете этого насмотреться! Лучше сосредоточьтесь на деле. Запомните, чернокнижника сдерживают заклятья и ошейник из освященного серебра не дающего хода большей части его магии…

— Большей части? — Мэрган напряглась, но тут же сунула руку под куртку, стискивая золотые монеты.

Оптимизм начал возвращаться.

— Если вам дорога жизнь… — продолжил меж тем инквизитор, — Нужно быть бдительной и осторожной! Ни в коем случае не смотрите в его глаза. Ничего не делайте, без нашего приказа.

Святой отец погладил подбородок и дождавшись кивка Мэрган отпер крепкую, хоть и покрытую плесенью дверь тяжелым ключом, которым при желании можно было проломить кому-нибудь череп.

Первыми в камеру скользнули двое молчаливых монахов. Послушно опустив глаза, Мэрган вошла следом. Инквизитор чуть задержался, пряча ключ и замкнул шествие.

— Ну наконец то, я уже заждался, — донесшийся голос был настолько сух, что Мэрган нестерпимо захотелось вылить на его обладателя ведерко воды.

— Вы знаете зачем мы пришли? — инквизитор зашелестел рясой извлекая пергамент с приговором.