Сотая казнь

— Анна, змейка моя ядозубая… По моему твои подопечные ясно доложили мне о его казни…

— Я знаю. Позвольте мне объяснить все по порядку….

На середине рассказа охранительница вздрогнула, увидев с какой жадностью Альберт подался вперед ловя каждое ее слово. Алхимик даже не заметил, что пачкает локоть во впитывающем чернила песке.

— Ну Погост, ну и лиса… Даже смерть и ту обманул. На что только ему сдался демон?

— Может хочет кинуть его голову герцогу и просить прощения?

— Не знаю.. Если это и так, то убить Погоста надо немедленно.

Взять людей, сколько будет нужно, отловить и порубить на куски. Я не шучу. На мелкие куски, а затем сжечь в разных местах. А еще лучше пробить ему сердце освященным распятием… Есть у меня такое… Хотя… — лицо алхимика вдруг прояснилось и он отложив записи, взял с полки одну из книг, начав что-то методично выискивать.

— Смертельные раны… Несправедливое обвинение… Кровь истинного убийцы…

Шепот Альберта был для Анны полной бессмыслицей.

— Да, так и есть… — Алхимик отложил книгу, принявшись задумчиво теребить край рукава.

— Изволите убить? — глаза Анны блеснули в ожидание любимого развлечения.

— Убить? Что за вздор? Как можно быть такой недальновидной? — Альберт заметался, наконец выхватывая чистый лист пергамента. Рука взяла новое, отточенное перо и макнула в чернила.

Ничего не понимающая охранительница замерла и не смела шелохнуться все то время, что понадобилось Альберту, чтобы написать послание, просушить строки песком и залив воск оттиснуть на нем свою печать.

— Найди Погоста и дай ему послание.

— Где его искать?

— Аспид мой — это как раз по твоей части. И чтоб отдала со всем обхождением и вежливостью. Ясно?

— Абсолютно. Я могу идти?

— Постой. Как идет подготовка к ночи?

Не промолвив и слова Анна взяла с одной из полок тубус и извлекла на свет карту города, аккуратно расстелив на столе.

— Здесь и здесь планируем устроить на Повара засады. На этих улицах дозоры. Еще наблюдатели будут на крышах самых высоких зданий. Здесь например.

— Хорошо.

Что по прошлым ночам? Ничего не всплыло?

— Абсолютно. Убийства без следов. Ни отпечатков сапог, ни свидетеля. Ни-че-го. Осведомители молчат.

Альберт уже не слушал, внимательно приглядываясь к одежде своей помощницы. Она как раз скинула подбитый ягнячьим мехом плащ и стало заметно, что один из пристегнутых к котте рукавов несколько отличался своим пошивом и цветом от своего собрата. Перехватившая его взгляд Анна замолчала, ожидая зададут ли ей какие-то вопросы.